На закономерные вопросы о том, как же это получилось, он твердил одно: после исчезновения жены, его обманула фаворитка, под личиной которой пряталась ведьма, только понял это старик уже в моменте. Она использовала механизм, чтобы забрать душу дракона и подселить в его тело другого ─ очевидно, того, кто лучше подходит на роль владыки, но зверь оказался сильнее и не позволил этому случиться, а с этим преступники уже не могли ничего поделать. Правда, магии он-таки лишился.

В принципе, ничего нового, чего бы он итак не знал, Шакал не услышал, однако картина событий всё равно никак не желала проясняться. Теперь, когда он был уверен, что шшарртов артефакт на самом деле может забирать душу, а вместе с ней и магию ─ а после постигшей их неудачи с императором они его явно доработали ─ действовать предстояло расторопнее, к тому же, совсем скоро вновь наступала нужная лунная фаза в связи с праздником Мёртвых.

Отныне угроза виделась в каждом.

Любой слуга, любой преподаватель в университете и даже работники столовой казались подозрительными в своих идиотских колпаках…

Шакал отрядил ещё больше воинов, чтобы приглядывали за волчонком и компанией, потому что сам уже ничего не успевал. Забрав контроль над телом принца, он пожалел о том, что отныне не может быть в двух местах одновременно, его буквально разрывало на части, однако вовсе не собирался возвращаться в прежнее состояние. Беспокоила только невозможность постоянно быть рядом с Линой, и когда по настоянию вдовствующей императрицы, тоже вызывающей вопросы, они отправились в местную психушку, он понял, что тоже должен явиться туда.

И чуть не опоздал.

Ещё с утра каджары доложили о странной активности в другом конце города, и как только он лично туда отправился, едва не подорвался на очередном сюрпризе от маньяка. Но этим его хотели только отвлечь, и стоило это осознать, как он рванул в лечебницу, где надеялся если не столкнуться с психом, то хотя бы на шаг приблизиться к разгадке. А вместо этого случилась другое неприятное столкновение.

Ушастый выползень из Светлого леса и без того вызывал в нём исключительно рвотный рефлекс, но только при виде его холёной морды рядом с волчонком Шакал чувствовал, как свирепеет, а дракон рвётся с цепи и жаждет расковырять этого выскочку когтями. Сдержался ради неё, итак взбудораженной встречей с этим настырным ублюдком, всё никак не желающим оставить Аделину в покое, а после сам чуть не сошёл с ума от одного только её запаха.

Страх, растерянность и радость от их встречи ─ этот коктейль из эмоций казался просто пьянящим. Он даже не обратил внимания, что рада девушка была именно Рэю, не придал этой мелочи никакого значения, при этом ощутил, как дракон успокаивается рядом с ней, едва не виляя хвостом, а умиротворение зверя, угомонило и его собственный гнев, как по волшебству. Значит, между ними непросто связь ─ они истинные. Это нужно было понять ещё прошлой ночью, а теперь уже не было смысла рыпаться. Вляпался.