— Кто ж знал? — пробормотал Квазимодо. — Придется хорошенько извиниться.

— И извинимся, — пообещал Ныр. Геккон устроился на его плече и с интересом смотрел вперед.

Навстречу всадникам вышли четыре человека. Друзья с облегчением разглядели впереди плотную фигуру доктора.

— Лорд Дуллитл, — сказал вор. — Мы крайне виноваты. Видят боги, мы хотели, чтобы эти люди ушли за нами и не трогали ваш чудесный дом.

— Я вам говорил — не торопитесь, — буркнул доктор, опоясанный длинным узким мечом со странным сложным закрытым эфесом. — У них один был нервный — сразу факел швырнул. Я, честно говоря, такого варварства не ожидал. Думал, они сначала хотя бы поговорить захотят. Хенк того идиота подстрелил. Остальные сразу за вами ушли — видимо, у них хороший наблюдатель был. Вы их в скалах не встречали?

— Встречали, — холодно сказала Теа. — Вот они. — Девушка прямо с седла вытряхнула кожаный мешочек на сухую траву.

Один из людей доктора при виде россыпи человеческих ушей шумно сглотнул.

— Извините, док, — сказал Квазимодо. — У народа Теа свои привычки. Иногда шокирующие.

— Бросьте, — проворчал Дуллитл. — Видел я привычки куда эксцентричнее. Что еще делать с субъектами, ни с того ни с сего начинающими жечь чужие дома? Мне ваша подруга сразу показалась весьма серьезной молодой леди. К тому же я вижу здесь только левые уши — явный признак широко известной сдержанности уважаемого народа Хозяев Холмов. Здесь все… хм… преступники?

— Одно тело мы не нашли, — сказала Теа. — Но мертвы все десять.

— Славно. Можно спокойно заняться восстановлением дома. Ставьте лошадей и идемте ужинать. Любопытно послушать, как это у вас там все так лихо получилось.

— Док, мы… — начал Квазимодо.

— Парень, перестань извиняться. Дом я все равно хотел перестроить. А в небольшом пожаре мы все одинаково виноваты. Вы нам толком ничего не объяснили, а мы цивилизованно ждали, вместо того чтобы сначала стрелять, а потом интересоваться, зачем пожаловали гости. В виде искупления мне придется заняться архитектурными и строительными работами, что, впрочем, я делать люблю. А вам придется пожить в конюшне. Надеюсь, вы не откажетесь немного погостить у нас и оказать посильную помощь в ликвидации последствий недружественного визита ваших знакомых?

— Сочтем своим долгом, — с облегчением сказал вор.

— Только без долгов. Просто по-дружески. Честно говоря, я очень рад, что нам можно не шнырять среди скал и не вылавливать этих разбойников. Пусть твои друзья ставят лошадей. А ты до ужина продемонстрируешь, что стряслось с твоей ногой и лицом.