Обед-ужин прошел в гнетущей атмосфере, я совсем не слушала, о чем говорил мой пленитель, а на его вопросы отвечала нехотя и односложно. На счастье, долго мучить меня он не стал, сразу же после ресторана отвез домой. Я, не прощаясь, выскочила из машины и помчалась под подъезд.

Войдя в квартиру, я застала родителей в подозрительно приподнятом настроении. Мама напевала что-то радостное, а папа даже отложил свою любимую газету. «Что-то тут не так», — промелькнуло в голове, словно молния. И точно. Оказалось, что они выиграли путевку в Турцию! «Вот оно, счастье привалило», — подумала я, пытаясь изобразить радость, но в душе скребли кошки. Ведь это означало, что я останусь совершенно одна, уже в пятницу… на растерзание Бармалею. И я была уверена на сто процентов, что путевка — его рук дело, слишком всё гладко, путевка, да еще и в их совместный отпуск, который они собирались провести по обыкновению дома с редкими вылазками на дачу, но, о боги, какое везение, они впервые за десять лет едут отдыхать за границу. Я как могла скрыла свое волнение по этому поводу и изобразила искреннюю радость.

Вторник начался с решимости в сердце. Я позвонила Олесе и предложила встретиться в кафе. Когда она пришла, ее глаза все еще метали молнии, но я не отступила, мне хотелось во что бы то ни стало сохранить свою привычную жизнь.

— Олесь, — начала я, стараясь говорить как можно искреннее, — прости, если я что-то не так сказала. Ты же знаешь, я не мечтаю о золотых унитазах. Я просто хотела тебя подколоть в ответ, настроение плохое было. Давай забудем эту ерунду.

— Хорошо, — нехотя выдавила она, — Но ты расскажешь мне, как тебе удалось завоевать внимание Демиша.

— Да не завоевывала я его внимание, — закатила я глаза, не сдержавшись, — Не сдался мне этот индюк напыщенный. Я просто отработаю тот инцидент и прости-прощай.

— Если так, тогда познакомь меня с ним. — недоверчиво, но с огоньком надежды в глазах потребовала она, — Попроси его завтра после пар подвезти нас домой, но сначала попроси подвезти тебя, а потом уж я пущу в ход свое очарование, пока мы будем ехать ко мне.

— Олеся, как ты себе это представляешь? — замялась я, понимая, как глупо это будет выглядеть.

— То есть все-таки решила кататься домой на крутой тачке одна? — хмыкнула она, — К тому же вряд ли он клюнет на тебя. Сама знаешь. Не верю, что он такой как женщиной заинтересован.

— Ладно, я что-нибудь придумаю. — согласилась я.

Меня очень неприятно кольнуло замечание Олеси, но я могла использовать ситуацию себе на пользу, поэтому подавила обиду на нее. Олеся права, такая, как она, больше подходит на роль его пассии, он ведь ее совсем не знает, вдруг получится его переубедить таким образом. Милохина получит от него то, что ей там взбрело в голову, а я открещусь от сексуального рабства. В крайнем случае мы сможем договориться на том, что я и вправду отработаю долг в качестве бухгалтера, а Милохина пусть как знает, если ей этот Барма так нужен, даже переубеждать ее не буду, по глазам вижу, что бесполезно. Пусть она, как мотылек, летит на свет его обманчивой харизмы, пусть тешит себя иллюзиями богатой жизни. Главное — чтобы он увидел в ней ту искру, которой, как ей кажется, нет во мне.