А после буйство цветов Эфира за иллюминаторами потемнели — и заполнились безжалостной чернотой космоса, усыпанной алмазной пылью далёких звёзд.

— Выход в материальный мир! — Громогласно сообщил капитан судна, перья которого встопорщились и придали ему весьма агрессивный вид. Шлем этот цийенийец принципиально не носил. — Есть данные с сенсоров!..

Сервоприводы с шипением развернули голографический проектор и несколько десятков экранов к проводникам Его воли.

Грубая поначалу, схема системы Перибульд-Прайм расцветала великим множеством пиктограмм, векторов и всплывающих текстовых пояснений, в которые вчитывались все присутствующие, пытаясь понять, наконец, куда же их привела извилистая тропа риска и авантюры.

Джоал’Тиан первым нарушил затянувшуюся тишину. В его голосе зазвучало ледяное, безжалостное удовлетворение:

— Орбита газового гиганта Пери-Секундус. — Он повернулся к Гиару, посмотрев на того с немым упрёком: — Мы сэкономили не несколько часов, Гиар. Мы оказались в точке, откуда до Перибульда добрая половина пути.

Гиар ничего не ответил. Его улыбка не исчезла, но стала напряжённой и ещё более натянутой, чем обычно. Он смотрел на проекцию, где крошечная, ядовито-алая метка их корабля висела на почтительном расстоянии от зелёного геоида обитаемой планеты.

— Но мы живы. — Тихо, но чётко произнёс Сергон, оторвав взгляд от улыбнувшейся ему Тицианны. — И корабль цел. А ещё я чувствую угрозу на периферии системы. Далеко отсюда. Нас ждали, но не здесь.

Слова Зоркого повисли в воздухе, охлаждая торжество Джоал’Тиана и давая Гиару пусть эфемерное, но всё же оправдание. Их спор не был разрешён. Он был лишь отложен.

А теперь «Молоту Праведности» предстоял долгий и опасный переход в нормальном пространстве, с таинственными силами Единения на хвосте.

И каждый из колдунов понимал, что настоящее испытание ждёт их впереди.

У Перибульда.

* * *

— Высадка через триста! — Искажённый внешними динамиками голос командира отделения пронёсся по десантному отсеку за секунду до того, как челнок ощутимо тряхнуло. — Не забывайте о задаче, воины! Противника — уничтожить! Плацдарм — захватить! Во славу Владыки!

— Во славу Владыки! — Рокот сотни лужёных цийенийских глоток утонул в утробном гуле двигательной установки челнока, пилот которого выжимал из машины всё возможное.

Секунды перетекали в минуты, и даже здесь, в изолированном отсеке, всё чаще десантники слышали отголоски близких разрывов и вой рассекающих воздух лазерных лучей. Каждый, склонив голову и сжав цевьё установленного в стойке по правую руку оружия, молился, надеясь, что сегодня Владыка окажет честь именно им, проложив тропу до врагов и позволив сполна выполнить свой долг.