Глава 13. Кладбищенская романтика
Страница 96 из 167
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 13. Кладбищенская романтика

Страница 96

Дима скосил на меня взгляд, не увидел на лице ужаса и довольно хмыкнул. Так-то смеяться над смертью — грешно: в ней каждого из нас призывает к себе Бог, в ней власть Плана, его совершенство и неумолимость. Но если ты работаешь с мертвецами, без чёрного юмора никак не обойтись, даже если ты чрезвычайно воспитанный человек.

В инквизиторских кругах у нас даже была любимая кощунственная присказка: «Что общего междугостем и моей жизнью? Полное отсутствие смысла!».

— К нам как-то мужика привели, — сказала я. — Жена его за руку притащила, на колени падала, умоляла спасти любимого супруга. Сказала, что вот уже третий день он сидит и ни с кем не разговаривает, только мычит иногда и чуть-чуть раскачивается. А она прогостей целую передачу смотрела и уверена, что это кататония, первый знак одержимости! Мы мужика посмотрели, ничего не увидели. Ну сидит, ну молчит, жена причитает. Пригласили наставника, он ему в глаза освящённой водой капнул, соли насыпал, серебром по ладоням водил. Позвали служителя исцелением — мало ли, человек болеет. Тот тоже посмотрел, ничего не нашёл. Думали, думали, и тут мужик нам как шепнёт: «Вы как хотите, а я с ней всё равно разговаривать не буду!».

Дима ответил мне ужасно пошлой байкой про супругов, застрявших в пикантном положении, и о том, как их доблестно спасла современная медицина.

Так за пустой болтовнёй мы обошли кругами почти всю старую часть кладбища — благо что свежих следов здесь почти не было, и проверять мне было нечего. Я порядком запыхалась, в висках стучали молоточки. Погребения тем временем становились свежее; теперь почти у каждого мне приходилось остановиться, чтобы вглядеться внимательнее и сравнить, ровно ли под надгробием лежит тело, подходят ли даты, и нет ли поблизости других следов. Дима развлекал меня тем, что вспоминал того и другого покойника — обычно в лаконичной и забавной манере.

— Степан Дмитриевич, был заведующим банями. У него все веники были под счёт, про тазы и говорить нечего! Мы мальчишками ему лишний таз подкинули, он три дня лютовал, что инвентарные номера не сходятся.

Я выписывала фигуры пальцами, помогая себе сосредоточиться. В висках ныло.

— Елена Васильевна, буде покойна в эфире… Учительница алезского, всё лето мучила страдающих на водах барышень. «Ну что же вы, милочка! Не «лё», а «лё-о», разве вы не слышите!»…

Понемногу темнело, и удерживать видение эфира и реальности одновременно становилось всё сложнее. Я то зажмуривалась, сосредотачиваясь на светлых пятнах и дрожании сил, то выныривала, прищуривалась, читая надписи на камнях.

назадназад
1 ... 94 95 96 97 98 ... 167
впередвперед