За стеной раздалось ржание гнедого. Гневко просил выйти к нему — мол, ничего серьезного, но требуется помощь. Не хотелось уходить из тепла, но пришлось.

Оказалось, что кобыла господина мага сумела как-то уронить свою торбу с овсом, наступила на нее копытом, а теперь пыталась отобрать у кургузого мерина его провизию. Пришлось наводить порядок.

Отсутствовал я всего несколько минут, а когда вернулся, показалось, что у господина Габриэля подозрительно блестят глаза. Впрочем, я могу и ошибаться — при свете очага может и показаться.

Крестьяне при моем возвращении слегка притихли, будто испугавшись чего-то (не иначе, напоили малолетнего господинчика!), но быстро пришли в себя.

— А мы молодому господину рассказывали, как его милость барон велел нам на университетских идти. Он всех нас — ну, сервов собрал, да и велел к Мейзену выдвигаться, но сам город приказал стороной обойти, и не вздумать грабить! — сообщил Гомерик. — А вот университет — очень даже разрешено!

— А много вас у барона? — поинтересовался я. — Ну, тех, кто на университет пойдет?

— Н-ну, с трех деревень, так это сколько ж будет? — почесал крестьянин затылок. — В нашей-то, мужиков человек пятьдесят будет, кто помоложе, но велено десятерым идти, на кого жребий выпадет, да в других столько же.

— А соседи пойдут?

— Так ведь, коли им господин прикажет, так куда деваться? Пойдут.

— Вы, господа, верно, из далеких краев будете? — осторожно поинтересовался один из крестьян — тот самый, которого я уронил.

— Точно, — кивнул я. — Из самой Силингии. Это еще дальше, чем империя Лотов.

— А! — закивали мужики, словно и на самом деле знали, где такая Силингия.

На самом-то деле, крестьянам было все равно, где эта Силингия. Они и про империю Лотов, если и слышали, то только то, что с ней постоянно кто-то воюет, но особо не задумывались. Как я мог убедиться за долгие годы, пейзане свой мир представляли просто — вот, тут моя деревня, там есть соседские, куда мы невесту сватать поедем, там — замок барона, вокруг еще деревни-деревни, замки-замки, туточки есть город, куда на ярмарку можно ездить, а там и тут — еще по городу. Еще столица, там король живет (император, герцог), а есть еще другие короли, с которыми наш воюет. Ну, а совсем далеко — так кто же его знает? Живут там, верно, люди с собачьими головами, вроде святого Христофора, так и пес с ними.

— Их милость — наш барон фон Ашеберт, в милости у императора ходит! — приосанившись, сообщил Гомерик. — А мой свояк, что в замке его милости конюхом служит, говорил, что скоро мужиков опять на службу брать будут, как в прежние времена. Он про то от самого барона слыхал, когда тот к императору поехал. Мол, господин барон станет тех парней, что покрепче отбирать, оружие им даст, коней. Чтобы баронская дружина больше была. А что, я бы так и послужил! Все лучше, чем в земле ковыряться. В замке, на всем готовом, знай себе ешь-спи, да девок окрестных валяй.