Когда сдали коней на руки конюхам, сняли поклажу, а сами собирались пройти в обеденный зал, к нам подошел мрачный парень в обносках, давно не брившийся — по виду, слуга захудалого рыцаря. Обведя нашу троицу грустным взглядом, парень, остановил, было, свой выбор на мне, как на самом старшем, но переведя взор на Вилфрида, решил обратиться к нему. Верно, угадал в мальчишке главного.

— Благородный господин, осмелюсь ли я узнать ваше имя? — обратился слуга к наследнику престола столь изысканно, что у меня отвисла челюсть, но мои спутники и глазом не моргнули.

— Герцог фон Силинг-младший, — отозвался Вилфрид, пытаясь выглядеть солиднее и, даже положил руку на эфес отсутствующей шпаги. (Да, увлеклись покупками книг, а про оружие для парня забыли! Нужно срочно исправить!)

— Ваша Светлость, мой господин — благородный рыцарь фон Шлангебург вызывает вас на поединок в конном строю! Он желает с вами биться либо до смерти, либо до признания поражения одним из противников!

— Подожди-ка, парень, — бесцеремонно перебил я высокопарную речь. — Твой благородный рыцарь, он что, пребывает в сумасшедшем доме? Какие турниры?

— Никак нет, господин рыцарь, — вздохнул слуга. — Мой господин находится в добром здравии и пребывает в шатре, у большой дороги.

— И давно пребывает? — заинтересовался я.

— Четвертый месяц, — мрачно ответил слуга.

— И что, желающих сразиться с ним не было? — удивился Силуд-младший. — Очень странно.

— Ничего странного, Ваше Высочество, — вмешался в разговор придворный маг. — В Швабсонии уже давно нет рыцарских турниров, тем более нет рыцарей, вызывающих на дуэль проезжающих мимо путников.

Я начал понимать, почему этот рыцарь, с забавным именем, сидит у дороги столько времени.

— Твой господин в кости проигрался, или в карты? — поинтересовался я.

— Ага, — грустно ответил слуга. — Их милость с рыцарем Людвигом фон Вестфаленом постоянно в карты играет. Они друг другу уже и замки проигрывали, и слуг, а потом все назад отыгрывали. Ну, а тут решили сыграть на желание. Поначалу мой господин выиграл, так он пожелал, чтобы рыцарь Вестфален голышом на улицу вышел, да петухом прокукарекал. Ну, тому-то что? Подумаешь, мудями потряс, задницей посверкал, народ потешил, а кукарекнул так славно, что все окрестные петухи отозвались! А наш уже четвертый месяц сидит, весь в долгах, белье не стирано. Лучше бы он замок проиграл, там все равно одни только сквозняки гуляют, а крысы с голодухи все гобелены объели. Мой господин, чтобы вернуть долг чести, должен либо сражение выиграть, а если не выиграет, то по всем правилам рыцарского турнира старых времен обязан отдать победителю доспехи, лошадей и слуг, а сам поступает в его услужение на месяц.