Мне стало грустно. Вложив в руку старика три талера, попрощался и ушел.

Я вернулся в гостиницу и, замер, в легком удивлении. Господин Габриэль, вооруженной серебряной ложечкой, сидел у кухонного стола, заставленного продуктами, и что-то разъяснял сестрам, смотревшими магу в рот.

Первой заметила меня Гертруда. Обозначив приветствие легким кивком головы, сообщила:

— В городе болтают, что лавочники портят продукты. Мы с Эльзой попросили господина профессора, чтобы он проверил — так ли это?

«Ого, а Габриэль теперь профессор!» — мысленно усмехнулся я.

Впрочем, коли я представил домовладелицам господина мага как ученого, то почему бы ему не стать профессором? И звучит солидно, и обращаться проще.

Габриэль, облаченный в старый, но вполне приличный халат покойного Лайнса, выглядел солидно. Еще показалось забавным, что я от гуманитарных наук, обсуждаемых с магистром, пришел к наукам естественным, разъясняемых магом. Сплошные штудии. А, вот еще сходство: там шла речь о вреде, и здесь… Словом, везде вредители!

— Да, господин Артакс, мы проводим исследование! — важно сообщил мэтр.

Интересно, откуда он и слово-то такое взял, если в Силингии нет университетов? А, ученые-то там есть!

— Итак, господа, что мы имеем? — тоном заправского лектора-экспериментатора сказал Габриэль. — Мы имеем в наличие склянку с уксусом. Попрошу убедиться, что склянка целая, пробка притертая.

Вот теперь тон господина волшебника стал напоминать интонации ярмарочного фокусника, демонстрировавшего номер с исчезновением помощника из закрытого ящика! Ладно, оставлю придирки на потом.

Маг открыл бутылочку, сморщился от едкого запаха, попытался засунуть ложечку внутрь, но не смог. Тогда он просто налил чуть-чуть жидкости в чашечку столового прибора, вдумчиво посмотрел и сказал:

— Обратите внимание, что серебро потемнело. Значит, в уксус была добавлена какая-то кислота.

Эльза и Гертдура покивали, переглянулись, потом, не сговариваясь, пододвинули магу кувшин с молоком.

Господин Габриэль вытер ложечку о салфетку, сунул ее в кувшин. Поболтал, вытащив, предъявил ее сестрам.

— Видите, ложка опять потемнела?

Я отчего-то не увидел никакой «темноты», но сестры закивали. Маг, вдумчиво понюхал капельку молока, оставшуюся на ложке, и сказал:

— Судя по всему — в молоко добавлена вода и мел!

От воды и мела серебро не темнеет, стало быть, волшебник применил магию… Ну и ну!

Далее была исследована головка сыра, на вид — очень аппетитная, но ложечка показала, что корку помазали свинцовой краской. Вероятно, для красоты.

К счастью, в остальных продуктах ничего инородного не обнаружилось. Сливочное масло было коровьим, мед — пчелиным, хлеб — из пшеничной муки, а не с добавлением кашицы из перетертых костей, как болтали в городе. Ну, уже хорошо.