После этих слов коренастый ухмыльнулся, ведь это он, падла, врезал мне по рёбрам, которые до сих пор ныли.

— А почему Профессор? — надо было как-то поддерживать разговор с этими предателями.

— Мой отец из дворян. Он был профессором истории в Московском университете. Его забрали в ЧК в тридцать первом, а в тридцать восьмом — расстреляли… Мать умерла от сердечного приступа… Я спасся чудом — мне помог выскользнуть за границу один из высокопоставленных друзей моего отца… Но спасти его он был не в силах…

— Ой, слышь, профессор, не трынди! — хрипло произнёс второй подручный Вебера — коренастый мужик со шрамом. — Тошно уже от твоего нытья!

— А это — Айболит, или Доктор, — усмехнувшись, произнёс барон, указав на коренастого.

— Действительно доктор? — спросил я, уж очень говорящей была его кличка.

— Не, не угадал, фраерок, — мотнул головой Айболит. — Ну, какой из меня лепила?

— Медвежатником он был, — пояснил Вебер, — причём, мирового уровня! Всю Европу исколесил, пока в Рейхе, наконец-то, не попался.

— А почему Айболит? — не понял я.

— Так он с врачебным фонендоскопом сейфы вскрывал, что щелчки механизма лучше слышать. Тем и заработал себе прозвище в соответствующих кругах. Вот, вроде бы, и познакомились, — произнёс Вебер. — С остальными увидишься позже — но они мелкие сошки. А вот с Профессором и Айболитом придётся плотно работать.

— Да на кой нам этот дрищ, пахан? — теперь уже Доктор отчего-то полез в бутылку, хотя прекрасно видел, как Профессор получил нагоняй от Вебера. — Он же не годен ни на что путное! Если тебе еще люди нужны, так скажи, пахан, я мигом свистну…

— Какой я тебе пахан? — неожиданно окрысился немец. — Ты разговариваешь с офицером Абвера, настоящим дворянином и чистокровным арийцем, тварь!

— Виноват, герр гауптманн! — вскочил на ноги Доктор, вытянувшись по струнке и прижав руки к бокам.

— Распустились тут совсем! А от твоих друзей-уголовников, Айболит, меня уже тошнит! — фыркнул гауптманн. — Слишком много гонору, и совершенно не умеют подчиняться приказам.

— А этот, — презрительно сморщился Доктор, кивнув в мою сторону, — кроме того, что подчиняться, и не умеет ничего. Да его щелкни по носу — он и рассыплется!

— С чего ты это взял? — удивлённо приподнял одну бровь Вебер.

— Так видно же, — пожал плечами коренастый уголовник.

— Хочешь проверить? — поинтересовался немец.

— Да легко! Выйдем во двор — я его землю жрать заставлю. Ты как, фраерок, не зассышь?

— Он — Пушкарь, — поправил уголовника резидент, повернувшись ко мне. — А действительно, небольшая практика по рукопашному бою нам не повредит. Айболит в чём-то прав — надо посмотреть тебя в деле.