Я осторожно раздвинул ветки и выглянул — передо мной открылся великолепный вид. Лес заканчивался резкой кромкой, за которой начиналась широкая пойма. Блестела на солнце большая река — Сож, делая здесь плавный изгиб. Вода была тёмно-синей, с лёгкой рябью от свежего ветерка. На противоположном берегу виднелись зелёные луга и далёкая полоса леса.
А прямо по курсу, на пологом пригорке, чуть поодаль от реки, стояла небольшая деревня — десятка два изб и церквушка с покосившимся крестом. Красноармейцы тоже вышли на опушку и остановились, прикрывая глаза от слепящего вечернего солнца.
— Ложись! — Старшина поднял руку, давая команду залечь.
Группа нехотя рассыпалась по кустам у самой кромки леса. До меня доносилось недовольное ворчание и брюзжание — дескать, и так сил никаких, а тут еще на брюхе ползать.
— Разговорчики! — шикнул старшина, продолжая внимательно наблюдать за деревней, а младший сержант повернулся к недовольному бойцу и показал ему свой пудовый кулачище, размером примерно с его голову. Если таким кулачищем вдарить, то голову расплескает как гнилой арбуз.
— Прудников, еще раз вякнешь…
— Да понял я уже, товарищ младший сержант, — тут же «дал заднюю» уставший красноармеец.
— Товарищ старшина, — тихо произнёс здоровяк, подползая к командиру. — Что делать будем?
— Немцев, вроде бы, в деревне не видно, — наконец произнёс он хриплым голосом. — И нужно узнать, сможем ли мы здесь переправиться на другой берег. Лодки у местных всяко имеются.
— А может, брод найдём, товарищ старшина? — предложил один из красноармейцев, молодой парнишка с перебинтованной головой.
— Может, и найдём, — кивнул старшина. — Только все равно нужно сначала понять — есть в деревне немцы или нет? А то сунемся — и… поминай, как звали.
— Так надо на разведку смотаться, — предложил сержант. — Давай, я пойду, старшой.
Старшина поморщился, но здоровяк дело предлагал — соваться в деревню без разведки было опасно.
Глава 7
Старшина смерил здоровяка внимательным взглядом и остановился на его автомате:
— Тебя? Ты ж знаешь, Савелий — у нас семь винтовок на всех! А патронов — и вовсе кот наплакал. А у тебя — почти полный боекомплект! Можешь обижаться, но в разведку я тебя не пущу! Кому, кроме тебя, «Дегтярь» доверить? С ним никто обращаться толком не умеет — слишком капризный…
Повисла тишина. Красноармейцы переглядывались, ожидая решения командира. И тут из травы, прямо за спиной старшины, приподнялся один из красноармейцев — крепкий (но не такой здоровый, как младший сержант) мужик лет тридцати пяти, в аккуратно сидевшей на нём гимнастерке, хоть и пыльной, но выглядевшей куда новее и опрятнее, чем у всех остальных.