— Снадобья на тумбе, — сдался Лясьер. — Завтра я сварю новые, может, и лекари до чего докумекают… Эх, был бы здесь Брихт… Уж этот лис обязательно бы помог Роланду… — тихо выдохнул он.

Леди Талвистром его уже не слушала, погрузившись в свои мысли.

Покачав головой, ледяной чародей тихо вышел из комнаты, оставив супругов в тиши спальни.

Элизабет не сводила глаз с бледного лица мужчины. Тёмные тени залегли под его глазами, а губы были полностью обескровлены. Если бы не едва заметно вздымающаяся грудь с тёмной порослью волос, его можно было бы легко принять за мертвеца.

— Хоть лихорадки нет… — пробормотала Бет, пытаясь согреть ледяную ладонь мужа своей крохотной ручонкой.

С ужасом она вспомнила, как в первые дни снежный лорд сгорал в лихорадке. Он стонал, дрожал, отчаянно сжимал зубы, и никто не мог ослабить его страдания. Бетти тогда без конца обтирала его потное тело тряпицей с травяным отваром и молилась — много молилась, обращаясь ко всем известным ей богам.

Спустя два дня, казалось, они её наконец услышали: лихорадка отступила, но в сознание Роланд так и не пришёл.

— Дураки твои лекари… — тихо прошептала Бетти, пытаясь отвлечь себя от печальных дум. — И за что только ты платишь им жалование⁈ Не могут справиться с какими‑то рогами снежного быка…

Усмехнувшись, девушка пересела на кровать супруга и нежно провела ладонью по его холодной щеке.

— Ты обязательно должен вернуться ко мне! Слышишь, Роланд? Я не отпущу тебя… И не отдам какой‑то Клариссе… — с неприязнью выплюнула она имя бывшей невесты лорда.

Перед глазами встала ужасная сцена, разыгравшаяся в спальне неделю назад. Едва раненого положили на кровать, в комнату разъярённой фурией влетела блондинка и начала верещать, обвиняя в произошедшем Элизабет. Истеричная особа не скупилась на эпитеты и то и дело пыталась пробраться ближе к бессознательному Роланду.

— Леди Кларисса! — отчеканила тогда Бет, до сих пор диву даваясь, откуда только у неё взялись на это силы. — Прекратите устраивать неуместные сцены в столь непростой час! Я хозяйка этого дома и не потерплю к себе неуважения! Немедленно покиньте комнату моего мужа и не смейте заявляться сюда без моего на то позволения! Или позволения лорда Талвистрома! Всего доброго!

Гордо развернувшись, рыжеволосая девушка принялась внимательно следить за действиями лекарей, не заметив ни злобного взгляда вылетевшей из спальни Клариссы, ни одобрительной ухмылки Лясьера.

Воспоминания отвратительной сцены заставили её вновь поморщиться. Передёрнув плечами, она неожиданно поняла, что замёрзла. Казалось, температура её тела сравнялась с температурой тела Роланда.