— Да, особенный, — кивнул я. — Я работаю в амбулатории, построенной в деревне для ветеранов.

— Ни хрена себе, в Олимпийской деревне, что ли? — удивленно прищурился Артур. — В Сочи?

— Нет, в Марий Эл.

— В Марий Эл? — насмешливо рассмеялся парень и тут же потерял ко мне всякий интерес.

Мы перебросились еще парой слов, Лиза спросила, нет ли у меня возможности получить бесплатно программу, которая обрабатывает статистические данные. Программа-то у меня была, но пока светить это я не стал. Тем более куплена и оформлена она была на мой аккаунт из прошлой жизни. Я туда пока даже не заглянул, не до того было, и даже не знал, смогу ли без старого телефона войти в этот аккаунт. Поэтому не стал ничего говорить, пожал плечами и сказал, что этот вопрос решу позже.

Мы еще немного поболтали. Мне предложили выбрать себе стол из двух незанятых. Конечно же, и тот и другой были в самом неудобном месте, в углу. Но так как не собирался здесь задерживаться, я коротко поблагодарил ребят, устроился за ближайшим столом и даже разложил свои вещи. Но так как сидеть просто так было скучно, встал и вышел.

— Ты куда? — сказала Лиза, увидев, что я подхожу к двери.

— Сейчас вернусь.

Понятно, что я шел не в туалет, потому что портфель с собой тоже прихватил.

— Нам нельзя отлучаться надолго, Сергей! — возмущенно сказала она. — Нас же проверяют.

Я вернулся обратно.

— Меня заваспирантурой вызвала, надо еще кое-какие документы донести, — пояснил я. — Кстати, как ее зовут? А то я как-то даже и не сподобился узнать.

— Лилия Дмитриевна Замятина, — сказала Лиза.

— Отлично.

— А почему мы тебя на вступительных экзаменах не видели? — снова прищурился Артур.

— Не знаю, — пожал плечами я. — Я вас тоже не видел.

Выдав такую фразу и оставив последнее слово за собой, я все-таки проявил своеволие и, поплутав по коридорам, вышел к пятому кабинету, где находился Борька. Опять постучал в дверь и, не дождавшись ответа, заглянул.

Внутри за исполинским письменным столом, за которым, небось, еще старикашка Мечников изучал фагоцитоз, сидели Борька и еще один человек, при кратком взгляде на которого я сразу понял — это Ильясов.

Руслана Максимовича я хорошо знал еще по прошлой жизни. Докторскую, помню, он защитил блестяще, а вот звания профессора так до сих пор и не получил: при всей своей светлой голове он был очень неудачлив, и его аспиранты редко защищались. То темы выбирали такие, у которых актуальность резко терялась еще до того, как они заканчивали работу, то девчонки шли в аспирантуру такие, что через год скоропостижно выскакивали замуж по залету, то еще какие-то веские причины находились. Как бы то ни было, но пять защит своих учеников он до сих пор не смог организовать, ему оставалось всего ничего, чтобы получить профессора, а пока он оставался лишь доцентом.