- Даже если и так, - Тихон уже добыл у портье нашей гостиницы расписание поездов, - мы успели бы перехватить их. Если бы знать, где они вознамерились схорониться до того времени. Перехватить и расспросить о судьбе детей.
- Вот что, Тихон. Давай-ка не будем терять время зря. Пройдемся по торговым рядам, по женским магазинам и лавкам. Они могли заглянуть туда, не каждый день выпадает случай и расчет получить, и быть вблизи с инакоязычным торгом. А после и по трактирам. Удачный исход дела не отметить - навести беду на другое предприятие.
Сыщики сразу засобирались, ничего на мой счёт особо не указав. Ну не сидеть же мне стены караулить? Тоже стала готовиться к выходу: заправлять косу под кепку свою рабочую. Заметив это, граф Ростовцев пресек сборы.
- Василина, я попросил бы вас остаться в гостинице.
- Почему? Что здесь делать?
- От Грушецкого могут новости быть. Да и обременительными вам покажутся наши прогулки.
Я вам скажу, что совершенно точно есть такая интонация или оттенок голоса, может быть в совокупности с чертами лица, проявляющимися в определенный момент, при которых вам доподлинно известным станет неискренность произнесенного. Вот прямо как частички пыли щедро осядет эта ложь на вас. Аж в глазах режет, и хочется отряхнуться, смахнуть с себя эту гадость.
- Вы не это хотели сказать.
Не знаю, кто меня дёрнул так выразиться. Выяснять отношения, когда на кону чьи-то жизни, - последнее дело, и для совсем уж истеричных дам, положа руку на сердце, имеющих на то законные основания. Например, статус жены или невесты.
Но черта, которую лёгкой рукой провел между нами Александр, в мгновение ока выросла до плетеного забора. И это к дополнению ко всем прочим обстоятельствам и преградам. Что-то с отблеском обреченности кольнуло в сердце.
- Не это, - видимо, что-то такое же почувствовал и сам главный сыщик, не зря он дедукцией своей похвалялся. - Мужское одеяние не скрывает полностью ваш истинный образ. Я должен быть уверен в вашей безопасности.
Сиди-ка ты, девица-краса, дома. Чтобы никто не украл. И нос свой никуда не суй.
Все это понятно и должно быть разумно. Забота, внимание и реализация функции защитника в отношении тех, кто в ближнем круге. Своих.
Но осадочек остался.
Мы разъединились. Сыщики отправились по своим сыщиковским делам. Я... А я, прихватив сумку с мелочью, вышла на улицу.
Ну придет Матеуш от Грушецкого. Расскажет мне свои вести. Я их как перетранслирую товарищам сыска? Какими голубями почтовыми? Предупредила портье, чтоб задержал человека, если что, и пошла.
Никаких приключений, разумеется, я не планировала. Добавлять проблем тоже. Так, пройтись на расстоянии вытянутой руки от гостиницы, чтобы не заблудиться, не потеряться, чтобы на виду, в людных местах. Решила проветрить ненужные мысли в голове, которые уже что-то там себе напридумывали, усилились за время поездки. И самое страшное, я стала привязываться к этому миру сильнее, чем того стоило. К вообще жизни здесь, к людям, с которыми свела судьба.