Саша ждал у беседки, неотрывно глядя на дорожку к дому, проследив весь мой путь по ней. Чувствую, у кого-то горят щеки, и это не щеки начальника сыскной полиции.
- А вот и моя лисичка, любопытным своим носиком что-то учуяла, - он, вообще, удивительно точно угадывал мое настроение. Не иначе дедуктивные способности ему помогают.
- Саша, а тут Мария Федоровна про Строжицкого обмолвилась... - как-то все подозрительно выглядело с ним.
- Какого Строжицкого? Если ты про Дмитрия, то повышение у него по службе. Слышал, что уже и отбыл к месту назначения. С чего бы тебя интересовала его судьба? Пусть послужит лучше на благо Отечества, чем на баронских дочерей заглядываться будет.
- То есть повышение неспроста.
- Разумеется, неспроста. Благодетели нашлись. Ему еще повезло, что не ночью его подняли с новым званием поздравлять. Я был настроен решительно, но не вышло. Мне казалось, что всем уже в городе должно быть ясно. На примере Ярославского, Верданова... кто там еще был... Этот вот. Не понимаю, что у Строжицкого? Слабоумие? Да пустое. Не о том хотел с тобой поговорить. Я потратил не менее двух недель, чтобы с высокой вероятностью решить свою задачу. Хотя решение по мне кажется неразумным. Но что поделать... Вернее сказать, что не сделаешь ради тебя.
- Ты про какую задачу?
Саша улыбнулся, чуть не закатил глаза.
- Да я все о том же. О своей зазнобе. Вот здесь, - он указал на столик в беседке, на котором лежали какие-то бумаги, - документы о назначении на должность второго помощника начальника сыскной полиции. Очень удачно, что Тихон с супругой первенца ждут.
- Кого назначили?
- Назначат. Они еще не подписаны. В документах не хватает имени претендента. Меняю должность на твои руку и сердце! Согласна?
- Египетская сила! Саша, ты в своем уме? Кто так предложение делает?
- Я уже один раз сделал по всем правилам. Но это не сработало. С тобой вообще мало что получается, как у всех. Столько повышений враз и внутренних разбирательств по отношению к брачного возраста господам за последние дни ни один город не видывал. А уж женщина в полиции - это землетрясение для многовековых устоев. Такое доступно только одной во всей Российской империи.
- Но, вероятно, замужней.
- Безусловно. За начальником этой самой сыскной полиции.
- Вам, граф Александр Яковлевич, не надо ли быть скромнее?
- Зачем бы мне? Это надо было быть скромнее Строжицкому, сейчас бы не трясся в кибитке до Юрьевской заставы. Да ты погляди какие выгоды? Тебе не надо ждать моего визита, чтобы узнать про новое происшествие, не надо мчаться к бедному Ивану Андреевичу, чтобы расспросить о последних новостях, не выискивать Савву, будь он неладен. Что я только не предлагал ему, чтобы он не крутился подле тебя. Дела из суровой реальности без капли тайн и загадок, где-то совсем тяжелых для женской натуры, бумажная волокита, бюрократические проволочки, Тихон с разговорами про младенцев, разъезды по городу и окрестностям.