- Сейчас, сейчас, - суетился хозяин. - Ох, беда, беда, - разглядел он Тихона, подспудно оценивая кого принесло на ночь. Разумно, учитывая сколько всякого люда может теперь условно свободно бродяжничать. - Здравствуйте, сударыня. Сейчас брата вашего отнесем в дом, послали уже за доктором.
Брата? Скосила глаза сначала на Тихона, которого потянули из седла два богатыря, потом на товарища графа. Может глаза его что-то и говорили мне выразительно, только приемник у меня, видимо, не откалиброван. Не поняла ничего. Надо будет при случае намекнуть. Поэтому решила действовать по принципу ходящего по тонкому льду. Треск и хруст буду оценивать по лицу Александра.
По всему выходит, что брат у меня теперь Тихон. И как будто бы не сидела бы приличная сестра верхом, спокойно провожая взглядом, как ее единственного на округу родственника, раненного и страдающего от боли, несут куда-то, примеряясь, как бы хорошо пройти втроём через калитку.
Спохватываясь, начала было красиво спускаться со Снежинки, но она, кого-то прямо напоминая характером, взбрыкнула. В итоге подбросила наездницу, скидывая с себя надоевшую тяжесть.
- Спокойно. Я держу ее, - раздалось очень близко.
Это он что? Лошади сказал? Потому что крепкий захват почувствовал прежде всего мой локоть. Неровные тени скитались по лицу графа, пряча от меня малейшие отблески эмоций.
- Вот так пройдем, - между тем рассчитали возможности у входа во двор хозяин с сыном, и я поспешила к ним.
- Господа, прошу вас осторожнее, - тут уж и сестру играть не потребовалось, Тихона чуть не приложили боком об столб ворот.
- Будьте покойны, сударыня. Донесем.
Да кто бы сомневался. Главное, не добейте человека.
Хозяин дома оказался человеком сердечным и радушным, не в меру суетливым, но опека его и непрерывная болтовня совсем не напрягала. По крайней мере, на многие вопросы, заданные им же самим, он сам подбирал имеющиеся в его голове комбинации и выдавал самое подходящее под случай, нисколько не утруждаясь подтверждением или опровержением с нашей стороны. При такой непосредственности с ролью сестры помощника сыскной полиции справляться одно удовольствие. Сочувствие и искреняя заинтересованность - то единственное, что от меня ожидалось, и для этого мне не нужно было стараться для публики, чтобы поверили. Тихона, действительно, было жаль. И помогать доктору в перевязке вышло самой собой.
Разместили нас в небольшой комнате, кажется, предназначенной для вот таких нежданных гостей. Как объяснялся хозяин, часто проездом у него в доме останавливались прибывшие на охоту в Ропшинскую мызу. Интерьер особенно не выделялся ничем, обстановка весьма скромная. Вероятно, главным украшением комнаты надо было считать полотно мне неизвестного автора с зарисовкой охотничьего куража.