— Играете хорошо. Грустно только. Помощь нужна?

Аэна собиралась ответить, но брат перебил.

— Нужна, — сказал он просто. — Я умираю. А она остаётся одна. Ей нельзя одной.

— Нет, — Аэна замотала головой. — Я…

— Эти, — Эо качнул головой в сторону дома. — Поманили её надеждой. Но уже обманули. Так что будут обманывать и дальше. Я в конечном итоге всё равно умру. Только как бы не позже её… мне не нравится это место. Нехорошее оно.

— Нехорошее, — согласился парень. И руку протянул. — Идём. Отведу в другое… тут недалече, если знать дорогу. Врачей и надежды не обещаю, но слово даю, что никто-то там ни тебя, ни её вон не обидит.

И Аэна поверила.

Но это с ней часто случалось. Она всегда верила людям.

— И хорошо.

— Вещи какие-то забрать хочешь?

— Скрипку, — Аэна сумела заговорить, хоть сердце и дёрнулось. — Там моя скрипка… её папа делал. Для мамы.

Ещё, наверное, деньги взять надо.

Документы.

Какие-то… всегда и во всём были какие-то документы, но Эо понимал в них лучше.

— Я сам.

Эо встал.

И велел:

— Жди.

И ушёл. Она с детства ненавидела, когда он уходил, потому что терялась, пугалась и чувствовала себя одинокой. Ей начинало казаться, что Эо никогда-то не вернется. Нет, Аэна не глупая, понимала всё, но… но понимать — одно, а принимать — другое.

Тогда она и начала играть.

На дудочке, которую оставил Эо. С музыкой ждать было легче. А потом музыки стало больше.

— Стас, — сказал парень. — Ты не бойся. Я не обижу.

— Я не боюсь, — Аэна поняла, что и вправду не боится. И что волнения нет. То есть, она, конечно, переживает за брата. И ждёт возвращения. И хочет пойти за ним, но не так, как раньше, до онемевших ног и боли под сердцем. — Аэна.

— Красивое имя…

— От мамы. А брат — Эо.

— У меня тоже братья есть. Серега, Семен и Степан. Хорошие… я тебя с ними познакомлю.

— Я… буду рада. Наверное. Не знаю. Мне сложно с людьми разговаривать.

И в глаза смотреть, но с ним, со Стасом, наоборот всё. Хотелось смотреть. И рассматривать. И даже получилось улыбнуться в ответ на его улыбку.

А ещё страх, мучивший весь последний год, отступил.

Быть может…

Быть может, шанс всё-таки есть? Хотя бы крохотный. Правда, Аэна не могла сформулировать, на что шанс. Но она поймёт. Она вовсе не глупая.

Просто… немного другая.

— Вот, — Эо слегка запыхался. В руках он держал футляр со скрипкой и сумку. — Вещи собирать я не стал… там, к слову, как-то… пусто, что ли? Ни слуг, ни вообще людей. Чувство такое, будто дом взял и вымер. Куда все подевались?

Аэна не знала.

А Стас вот ответил:

— Уехали. Сперва гости разошлись, а потом и Офелия…

Нехорошая женщина.