— Еще просил срочно выправить Вельяминовым разрешение на коноплю. В смысле, на посев конопли.
— Конопля… — Саволенко и пиджак скинул. — Конопля — это хотя бы понятно… это наше родное, считай, посконное…
— Гектар на пять-шесть, может, семь… или десять, — продолжил Поржавский. — Вроде как случайно там выросла… сказал, что разрешение нужно срочно. Чтоб Лешему передали и не светились рядом… ах да, и еще нужна группа Черноморенко в расширенном составе.
— Зачем ему в Подкозельске боевые пловцы⁈ — Пахом снова разлил коньяк, подумавши, что служба — дело, конечно, хорошее, но в последнее время уж больно она непредсказуема. — Там что, море есть?
— Там есть десять гектар конопли, — Саволенко смотрел на вещи куда приземленней. — Одному по-любому не выкурить. А у пловцов легкие хорошие…
— Конопля, как я понял, для коров. Коровы будут есть и давать молоко…
— Знаешь… вот не хотел этого говорить, но мы в его возрасте были как-то… попроще, что ли… есть конопля? Берем и курим. А коровы и прочее… ладно, твое здоровье. Главное, что без сусликов… суслики все-таки перебор.
И Поржавский с этим согласился.
Глава 6 О том, что все в природе взаимосвязано и что тайное зачастую становится явным
Глава 6 О том, что все в природе взаимосвязано и что тайное зачастую становится явным
Поцеловал Иван-царевич лягушку, а папарацци тут как тут…
Очень грустная современная сказка
Настасья свистнула, и коровы, до того пасшиеся мирно, подняли головы, повернулись в сторону свиста и отозвались приветственным хоровым мычанием.
— А ты не боишься? — поинтересовался Бер, когда стадо, повинуясь взмаху руки, тронулось с места.
— Чего?
— Они же ж вон какие… здоровущие.
— Это да… Свириденко как-то пробовал украсть. Точнее не он сам, а Севрюгин. Ну и тот, конечно, не лично… — Настасья стояла, скрестивши руки и смело глядела на приближающихся коров. Те ступали неспешно, но все одно зрелище было завораживающим. — Прислал людишек, собак обученных. Думал, уведет от стада.
— И как?
— Потом жаловался, что машины поуродовали. Претензией грозился… приезжали из райцентра даже разбирательства учинять. Мол, как так вышло, что наши коровы грузовики помяли. А вот так и вышло. Потом у них еще поля затопило, на той стороне. Вся пшеница полегла…
— Тоже коровы?
— Не-а. Девочки обиделись.
— А где они?
— Так, день же ж… в родники ушли, в речку… ты туда пока не ходи.
— Не пойду.
— Вот и правильно, не ходи, — Таська даже прищурилась. — Потому как голову задурят и женишься, сам того не заметивши.
— Не-а, — Бер все же не отступил, даже когда огромная, увенчанная рогами, размером с молодую луну, коровья башка ткнулась ему в плечо. — Я ж сказал, я на тебе женюсь.