Пилин наказан. Справедливо. Но тот, кто надоумил его это сделать, остался на свободе.
— Саша, ты о чём так задумался? — окликнула меня Лена.
Я улыбнулся:
— Да так, о делах. Думаю, как лучше организовать производство после презентации. Если спрос будет таким, как мы ожидаем, придётся срочно расширяться.
— Вот об этом сегодня не надо, — строго сказала Лидия Павловна. — Сегодня праздник. Дела подождут до завтра.
— Слушаюсь, матушка, — улыбнулся я и поднял бокал. — Тогда ещё один тост. За близких. За то, что мы вместе. И за то, что впереди нас ждёт только хорошее.
— За близких! — подхватили остальные.
Разговоры возобновились, смех зазвенел громче. Праздник был в самом разгаре.
Лакей бесшумно вошёл в гостиную с подносом в руках.
— Александр Васильевич, — тихо сказал он, подойдя ко мне, — это для вас. Курьер только что доставил. Сказал — срочно и лично.
На подносе лежал конверт. Плотная дорогая бумага, без обратного адреса, печати и опознавательных знаков. Только моё имя, выведенное каллиграфическим почерком.
Все разговоры в гостиной продолжались — никто не обращал внимания на эту мелочь.
— Саш, что это у тебя? — спросила Лена.
— Сейчас узнаем.
Глава 20
Я вскрыл конверт, и на стол посыпались фотографии.
Первая — величественный фасад дворца. Розовый камень, белые колонны, атланты, поддерживающие балконы. Угол Невского проспекта и Фонтанки, одно из самых заметных мест в городе.
Вторая — какой-то парадный зал. Резные панели из тёмного дерева, массивная люстра, высоченные потолки.
Третья — зал с огромным количеством зеркал. Необарокко во всей красе — лепнина, позолота, хрустальные канделябры, паркет, в котором отражается свет. Роскошь, от которой захватывает дух.
— Что там, Саш?
Лена потянулась за фотографиями:
— Дай посмотреть… Ой! Это же дворец Белосельских-Белозерских!
В этот момент я заметил, что в конверте было ещё что-то. Сложенная вдвое записка. Я взял бумажку и развернул.
Почерк каллиграфический, явно женский, с завитушками.
'Александр Васильевич!
От имени рода Самойловых поздравляю вашу семью с заслуженной победой в суде. Справедливость восторжествовала, и это прекрасно.
Думаю, вы согласитесь, что Фаберже заслуживают презентации имперских масштабов. Поэтому я позволила себе подыскать подходящее место.
Этот дворец принадлежит моим дальним родственникам. Уверена, мы сможем договориться об аренде на выгодных условиях.
С нетерпением жду встречи для обсуждения деталей.
С уважением и восхищением,
Алла Самойлова'
Я усмехнулся. Самойлова определённо любила эпатаж. Но, чёрт возьми, место действительно было идеальным.