Отец поднял голову от бумаг:

— Отлично. Свяжи нас, пожалуйста. Лучше переговорить напрямую.

Холмский тут же вытащил дорогой телефон последней модели, набрал номер и включил громкую связь.

Гудки. Два. Три.

— Алло? — голос низкий, спокойный, с лёгким московским акцентом. — Коля, добрый день!

— Приветствую, Павел Акимович! Это Коля Холмский беспокоит. По поводу нашего с вами разговора о Фаберже… Сейчас рядом со мной сам Василий Фридрихович…

— Здравствуйте, Павел Акимович, — поприветствовал отец.

— О! Василий Фридрихович! — голос купца стал теплее. — Рад, очень рад! Холмский-младший мне о вас все уши прожужжал. Говорит, триумф получился.

Отец усмехнулся:

— Не без того. Благодарю за добрые слова.

— Да что там слова! Я сам запись смотрел. Умно придумано, практично. Коля говорит, вы ищете партнёра для производства?

— Да, — отец выбрал слова аккуратно. — Спрос превысил наши мощности. Нужен надёжный завод.

— Понимаю, — Овчинников помолчал. — Василий Фридрихович, я человек простой, не люблю всех этих испорченных телефонов… Давайте встретимся на месте. У меня как раз в Москве завод есть. Золотой. Покажу, что к чему, на что мы способны. И сразу обсудим условия, если вас устроит…

Я улыбнулся. Всегда приятно иметь дело с купцами — времени на лишнюю болтовню не тратят.

— Согласен, — отозвался Василий. — Когда вам будет удобно?

— На следующей неделе? Скажем, в среду? Или четверг? Как у вас с графиком?

Отец посмотрел на меня. Я быстро сверился с календарём и кивнул — подойдёт. Тем более что и сообщение со Златоглавой было быстрым.

— Среда подходит, — сказал отец.

— Договорились. Пришлю адрес. Приезжайте с утра, посмотрите производство, потом пообедаем, поговорим по душам. Я всё организую.

— Благодарю, Павел Акимович.

— Да не за что! Холмские — наши старые друзья. А друзья друзей — тоже друзья. До встречи!

Отец отключился. Посмотрел на меня:

— Что думаешь?

— Нормально звучит, — я пожал плечами. — По-деловому, но дружелюбно. И уж точно не как Хлебниковы.

— Именно, — отец кивнул.

Холмский стоял у двери, не скрывая радости:

— Павел Акимович — хороший человек. Честный. Вы не пожалеете.

— Надеюсь, — отец встал. — Спасибо, Николай. Ты нам очень помог.

Холмский едва не покраснел от смущения:

— Рад быть полезным. Ладно, пойду работать, с вашего позволения…

Он вышел, мы с Василием остались вдвоём.

— Поедешь со мной? — спросил отец.

— Конечно, — кивнул я. — Вдвоём спокойнее. Одна голова хорошо. А две — всегда лучше.

— Хорошо. Лену оставим на хозяйстве. Кто-то должен руководить текущими делами. Заказы, производство, клиенты…