Я обернулась на нее. Блин, ну надо ее уже в курс ввести. Я готовлю отменно, а еще отменнее я вру, а как я феерически что-то недоговариваю…

— Мэй Сю, — начала я осторожно, — понимаешь…

— Она не знает цинлунской кухни, — перебил Жун Мао с ехидной улыбкой. — Вообще.

Я уставилась на него.

— Ты чего лезешь?

— А чего скрывать? — он развел руками. — Никто понятия не имеет про цинлунскую кухню, потому что она от местной ничем не отличается.

— Жун Мао, — прошипела я, — я тебя прибью.

— Потом, — он отмахнулся. — Сначала признайся Мэй Сю, пока она сама не догадалась.

Я посмотрела на Мэй Сю. Она смотрела на меня с легким недоумением, но без осуждения.

— Мэй Сю, — сказала я, сдаваясь. — Дело в том, что… ну, в общем, то, что я готовлю — это не цинлунская кухня. Это… моя кухня. Экспромт. Цинлун, действительно, не особенно впечатлил бы местных.

Она молчала. Секунду. Две. Три.

— Вы шутите, молодая госпожа? — спросила она наконец.

— Если бы, — вздохнула я. — Я серьезно. Я понятия не имею, чем кормить этих… послов. Подать привычное — император разозлится, подать необычное — император тоже разозлится, а гости из Цинлуна сообщат, что блюда не привычные. И тогда мне…

В комнате повисла тишина. Даже Тай Фэн перестал жевать и смотрел на меня с сочувствием. А мне слышался звук завинчивающейся крышечки.

— А что бы сделала настоящая принцесса Гао Лань? — вдруг прошептала мне на ухо Ли Жу.

— В смысле?

— Ну, — она замялась, подбирая слова. — Ты же всегда говоришь, что в дорамах героини умные и хитрые. Что они там придумывают, когда в безвыходном положении?

Я задумалась. Ли Жу, моя бесстрашная кошка, иногда выдавала такие мысли, что я начинала подозревать — не так уж она и проста.

— В дорамах, — медленно и также тихо вещала я, — в сложных ситуациях герои часто показывают смекалку через… какие-то поэтические смыслы и символы.

— О, — Ли Жу расплылась в улыбке. — Как в сказках? Когда Иванушка дурачок на самом деле умный, а царевна несчастная на самом деле счастлива?

— Примерно, — кивнула я. — Только у нас не сказка, а политика.

И тут меня осенило.

— Слушайте, — я вскочила и начала ходить по залу. — Между нашими странами напряжение. В любой момент может начаться война. Генерал Лун Цзюэ — он вообще злодей, ему плевать на людей. Но император Суань Вэй… он не плохой. Он за своих жителей переживает.

— И что? — Жун Мао навострил уши. Вернее, он просто повернул голову, но я-то знала, что уши у него на макушке сейчас торчат.

— А то, — я остановилась. — Что если я покажу им не роскошь, не изыски, не то, что едят во дворцах… А то, чем питаются простые люди в голодные годы? Если я напомню им, что война — это не подвиги и слава, а пустые животы и слезы?