Чжэн Фэй кивнул.
— Ты не отдал приказ арестовать ее, — сказал он после паузы. — Хотя оснований достаточно.
Суань Лин не ответил.
— Ты ей веришь? — повторил Чжэн Фэй свой вопрос.
— Нет, — сказал Суань Лин. — Но я хочу понять.
— Что именно?
— Зачем она это делает. Все это. — Он обвел рукой пространство: усадьбу, столицу, весь этот вывернутый наизнанку мир, в котором принцессы торгуют едой, евнухи прыгают по стенам, а наследный принц тратит рассвет на бесполезные разговоры с женщиной, которая должна быть его врагом.
Глава 8 Галя
Как же сложно с принцем? Прилип ко мне, как банный лист, а ведь сам от меня отказался.
— Ну и тип, — пробормотала я в пол.
Когда он, его стражники и верный Чжэн Фэй покинули поместье, я еще минут пять наблюдала за воротами. Не дай небеса, вернутся.
Удостоверившись, что они точно ушли, я поспешила обратно.
— Вылезай, — сказала я в пустоту комнаты. — А то вскоре мы обзаведемся мертвым художником. А мы с таким трудом с тобой договорились.
Линь Мо мы спрятали в обычном сундуке. Стражники бы непременно его нашли, если бы Жун Мао не сунул сундук в угол и не прикрыл его грудой платьев, которые я скинула вчера.
Они скользнули взглядом по вороху шелка и отвернулись. В чужое белье даже Ведомство наказаний не лезет без прямого приказа императора. Ну, и Чжан Фэй еще от прошлого показательного раза не отошел.
Линь Мо выбрался из сундука с грацией вытаскиваемого из банки соленого огурца. Медленно, с трудом, с жалобным звуком и хлопком. Халат измялся в гармошку, в волосах запуталась кружевная тесемка (откуда, интересно?), а на щеке красовался отчетливый след от чьей-то губной помады. Определенно не моей. Скорее от его поклонниц. Мы же буквально убегали, и не только от стражи.
— Принцесса, — он попытался изобразить поклон, но, кажется, у него затекла спина — поклон вышел кривой. — С этих пор я ваш должник навеки. Если меня казнят, я буду молчать. Если пытать, тоже. Если сошлют на северные рудники, я и там…
— Леха, — перебил Тай Фэн. — Помолчи. Мы же знаем, какой ты неженка.
Линь Мо обиженно фыркнул.
— Я должен воздать похвалы своим спасительницам. Так что теперь? Вы просили вывеску и листки с… как вы сказали? С рекламой?
— Верно, — включилась я. — Но не здесь. Переезжай в таверну и приступай к работе. Обратись к Мэй Сю. Она бывшая хозяйка, сейчас там за старшую. Скажешь, я прислала. Она покажет, где можно жить и где рисовать.
— Прямо сегодня? — в его голосе прорезалась такая надежда, что я даже обернулась.
— Да. И если интерьер украсишь — тоже оплачу. — Я вытащила на свет божий светло-лиловое платье, поморщилась и засунула обратно. — Ты же художник, в конце концов. Или ты только портреты придворных дам в борделях пишешь?