— Если мы отсюда прыгнем, целоваться придётся уже с асфальтом, — буркнул я. — Так что давайте обойдёмся без романтики.

Именно в этот момент мой улучшенный нейрочипом взгляд засёк движение. Несколько маленьких, стремительных точек, вылетевших из скрытых портов в стене здания. Чёрт, нас засекли!

— Дроны! — рявкнул я. — Ди-Ди, уходи в сторону!

Но они нас уже настигли. Гладкие, хищные, похожие на механических шершней, дроны окружили нас, их оптические сенсоры горели красным светом. Первый из них открыл огонь.

Ди-Ди резко дёрнула пару рычагов, и «Окто» прыгнул в бок. БАБАМ! Мы чудом сумели приземлиться на поверхность стены в пять метрах от места отрыва. Короткая очередь бронебойных пуль прошила воздух рядом с нашей машиной, оставив на стене небоскрёба аккуратные дырочки.

— Похоже, они не в курсе про день всеобщей любви! — крикнула Ди-Ди, пытаясь увести «Окто» из-под огня.

— Это роботы, — сказал я, вытаскивая из-за кресла компактный, но очень злой ракетомёт. — Наполнить их процессоры любовью сложно, а вот разнести на куски гораздо проще. Открой колпак!

Ди-Ди выполнила команду, в лицо ударил ветер, кабину наполнил далёкий шум улицы. Розе пришлось слезть с меня. Я отстегнул страховочные ремни, поднялся и вскинул ракетомёт на плечо. Поймал в прицел одного из дронов.

— Улыбочку, пташка.

Ракета с оглушительным рёвом вырвалась из пусковой трубы и устремилась к цели. Дрон попытался увернуться, но не успел. Взрыв превратил его в огненный шар, который, кувыркаясь, полетел вниз, осыпая проезжую часть дождём из раскалённых обломков.

— Есть! — выдохнул я.

Но их было слишком много. Они заходили с разных сторон, поливая нас огнём. «Окто» дёргался, уворачиваясь, его щупальца со скрипом отрывались от стены и снова присасывались к ней.

— Я не могу долго так маневрировать! — крикнула Ди-Ди. — Они нас подобьют!

— Роза, твой выход! — скомандовал я.

Дриада выпрямилась и одним изящным движением перемахнула на корпус «Окто». Десятки зелёных, гибких лиан метнулись во все стороны, как щупальца гигантского кракена. Одна лиана обвила ближайший дрон и с хрустом смяла его корпус.

Другая, разделившись на несколько отростков, опутала сразу трёх, заставив их столкнуться в воздухе и взорваться в огненном фейерверке. Третья, уплотнившись и заострившись, как копьё, пронзила насквозь ещё одного.

Жестокий, но невероятно красивый танец. Живые подвижные лианы против холодного, бездушного металла.

— Неплохо, цветочек! — крикнул я, перезаряжая ракетомёт.

Я выстрелил. Ракета устремилась к самому крупному дрону, очевидно, командному. Ракета ударила ему точно в двигатель. Взрыв походил на рождение маленького, очень злого солнца. Ударная волна едва не сбросила нас со стены.