И тут началось шоу.

Я почувствовал лёгкое, едва уловимое прикосновение к своему разуму. Не такое грубое и бесцеремонное, как мои собственные попытки влезть кому-то в голову. Это походило на то, как опытный хирург-виртуоз, с помощью тончайших, невидимых инструментов, проникает в самые глубины твоих нейронов. Ядвига не только сканировала. Она… читала. Читала мою память, как открытую книгу.

Само устройство чипа не позволяет ничего подобного. Он слишком примитивен, нужные технологии в этом веке ещё не разработали. Однако под воздействием моей пси-энергии его функционал сильно расширился, стал более… трансцендентальным. Таким же, какой сейчас стала бабушка. И она пользовалась этим.

Перед моим мысленным взором пронеслись картины. Холодные, металлические коридоры космического корабля. Светящиеся символы на стенах. И их перевод, который услужливо выдавал мой старый ИИ-помощник. «Не курить!», «Осторожно, скользкий пол!», «Что упало, то пропало!». Бред. Абсолютно идиотский бред, совсем не сочетающийся с высокими технологиями сверхцивилизации. Но для Ядвиги, с её новыми, почти безграничными возможностями, этот бред стал ключом.

— Так-так-так, — бормотала она, и я видел, как на главном экране мелькают тысячи, миллионы строк кода, диаграмм, графиков. — Ага, значит, вот этот крючочек с загогулинкой — это у них повелительное наклонение… А вот эта спиралька, похожая на дохлого червячка, — отрицательная частица…

Ядвига работала с невероятной скоростью. Она сопоставляла обрывки фраз из моей памяти с символами на гиперкубе. Она находила закономерности, выстраивала логические цепочки, расшифровывала на лету словарь и грамматику языка, которого не слышал ни один житель планеты в эту эпоху.

— Готово, — сказала она через пару минут. — Язык глифтодов расшифрован. Примитивный, как устройство молотка, но по-своему элегантный. А теперь, деточки, держитесь за стулья. Начинается самое интересное.

И она начала считать.

Я не видел этого, но я чувствовал. Мой разум всё ещё оставался в слабом контакте с ней посредством нейрочипа. Я чувствовал, как её сознание, теперь уже не ограниченное скромными мощностями избушки, а подключённое к чему-то огромному, почти бесконечному, ринулось в бездну вычислений. Сорок три квинтиллиона. Это почти бесконечность. Я представил себе, как она перебирает эти комбинации. Одну за другой и все сразу. Как ураган, как сверхновая, она проносилась сквозь них, отбрасывая неверные, находя совпадения, выстраивая из хаоса систему.

— Ядрёна гайка… — только и смогла выдохнуть Ди-Ди, глядя на скачущие на экране показатели энергопотребления. — Она… она использует почти всю энергию атомных станций Лиходара. Она как-то подключилась к городским сетям! Боже, сейчас во всём мегаполисе вырубился свет…