Собрав лагерь, мы углубились в сельву. До главного селения ишканхи мы шли почти две недели, уже зная путь к нему, и всё равно опасности подстерегали нас на каждом шагу; пришлось даже по краю пройти мангровые болота, где погиб один из осликов.

И всё же, мы добрались до селения, где обитал Верховный вождь ишканхи Кан-Хой-Читам, без значительных потерь. Верховный жрец к этому времени уже ушёл к предкам, и его место занял другой, по имени Иш-Мас. Нас обнаружили гораздо раньше, на подходе, поэтому наше появление не оказалось новостью и встретить меня вышли все жители главного селения.

Чуть позади вождя стояла дочь его младшего брата Ишчель, ради которой я, собственно, и вернулся. Покидая племя полтора года назад, я оставлял юную девушку угловатым подростком с резкими и некрасивыми чертами лица, ещё плоской фигурой и несдержанным характером, но сейчас наблюдал нечто совершенно другое.

Да, черты лица по-прежнему оставались резкими: чётко очерченные тонкие губы, пронзительные чёрные глаза, скуластое лицо, сейчас смягчённое юным возрастом, и длинные, жёсткие чёрные волосы, но всё остальное явно претерпело изменение к лучшему. Позади вождя стояла уже во всём оформившаяся девица с высокой грудью, что оттягивала её платье далеко вперёд, тонкой талией и длинными, хоть и излишне худыми ногами.

Увидев меня, она подалась вперёд, посмотрев в мои глаза, и я увидел в них настоящую любовь и жажду встать рядом со мной в жизни. Во встречном взгляде я дал ей ответ, от которого она тут же потупилась, а её щёки накрыл сильный румянец, что едва смог пробиться через смуглую кожу.

— Приветствую тебя, Барра-Юм. Ты очень долго отсутствовал, но всё же вернулся. Мы рады видеть тебя!

— Я тоже, Верховный вождь. Я долго отсутствовал, потому что дома меня ждало много неприятностей, но я прошёл через значительные испытания и теперь готов жить с вами, пока мой долг вновь не позовёт меня.

— Живи с нами, сколько тебе заблагорассудится. Твоё слово об Ишчель ещё в силе?

— Да, — кратко ответил я и бросил взгляд на девушку, что тут же вновь вспыхнула, теперь уже не от смущения, а от радости.

Это вызвало понимающую улыбку у вождя и, не став дальше пытать меня прилюдно вопросами, он широким жестом указал на селение.

— Располагайся. Тебя отведут в дом, а твоих воинов распределят по всему селению.

— Хорошо, — кивнул я и отправился вслед за вождём.

Дом, который отвели мне, стоял на отшибе, под сенью огромной сейбы. Стены из утрамбованной глины, крыша из пальмовых листьев, внутри на полу лежала циновка, возле очага стояли глиняные сосуды с водой и маисом. Просто, но чисто. Я бросил свой мешок в углу и вышел на порог.