— Я же говорю, молодая и перспективная, — улыбнулся я. — И потом… опыт — он же не от возраста зависит. Возраст — это мудрость. А профессиональные навыки необходимые у нее есть.

— Что ж… — задумался Грачев. — Подготовьте на нее характеристику, мы рассмотрим кандидатуру…

— Уже, — вновь улыбнулся я и протянул ему заверенную подписями районного секретаря ВЛКСМ Жеребкина, парторга газеты Громыхиной и, разумеется, моей.

Характеристику на Зою я приготовил еще до того, как мне внезапно позвонил Краюхин с новостью о командировке в Калинин. А перед этим многократно взвесил все за и против. Я ведь изначально планировал поставить редактором «Вечернего Андроповска» кого-то из молодежи. По уверенности и железной хватке на эту роль подходила Соня Кантор, но ее я решил придержать на прежнем месте. Все просто — она гениальный расследователь, и административная работа загубит ее талант на корню. Либо же она превратит всю газету в издание одного жанра. Нет, я абсолютно уверен, что на высоких должностях не должно быть творческих звезд. Быстро сгорят. А вот серьезная, вдумчивая и усидчивая Зоя подходила из всех молодых сотрудников лучше всех.

Разумеется, я на первых порах ей помогу. А потом уже она наберется своего опыта и уйдет в свободное плавание. При этом «Вечерний Андроповск» останется моим дочерним проектом, который затем вольется в медиахолдинг, когда жизнь в стране поменяется. А дальше — свой канал и радиостанция, но не буду пока забегать вперед.

— Хорошо подготовились, это радует, — Грачев удовлетворенно кивнул, пробежавшись глазами по характеристике. — Я так понимаю, вам понадобится расширение штата… Об этом вы тоже подумали?

— Конечно, — подтвердил я. — У меня есть на примете несколько внештатников, которые вполне могут писать на постоянной основе. Плюс я планирую уделять много времени юнкорам, которые потом составят внушительную часть нового коллектива. Потом в университете будет летняя практика…

— Ох, Женя, это же головная боль, — Хватов побарабанил пальцами по столу. — У тебя в районке и так их много будет.

— А что делать? — возразил я. — Как им еще учиться, если не на практике?

— Да это все понятно… — махнул рукой Богдан Серафимович. — Я больше так, ворчу. Сам ведь практикантом когда-то был. Как и ты.

Он засмеялся, а я вспомнил свою прошлую жизнь. В СССР практика была поставлена на широкую ногу, и механизм получения первого профессионального опыта работал вполне сносно. Особенно с институтом наставничества, который в двадцать первом веке принялись возрождать после долгого перерыва. Дело-то нужное. Увы, в некоторых изданиях юные мальчишки и девчонки с филфака нередко оказывались лишними. Опытные сотрудники свою-то работу не успевали выполнять, какое там обучение студентов! Мои однокурсники с таким отношением в свое время тоже, к сожалению, сталкивались. Приходили за опытом, а получали… раздражение и желание поскорее их куда-нибудь сбагрить. Но бывало и по-другому.