— Вы правы, Кира Степановна, — Коля галантно улыбнулся и отвесил легкий поклон. — Перестаем подпирать стены и удаляемся.

— Кира Степановна? — уточнил я, когда наша собеседница скрылась в приемной, а мы отошли на достаточное расстояние, чтобы нас не услышали. — Кочеткова?

— Она самая, — кивнул Коля. — Представляешь, в «Комсомольской правде» стажировку проходила!

— Знаю, — я улыбнулся, отметив про себя, что как раз недавно о ней вспоминал. — Ладно, Коля, не буду тебя задерживать. Рад был увидеть. Заезжай к нам в Андроповск.

— Спасибо, уж лучше вы к нам, — добродушно засмеялся Осокин. — Бывай, Жека. С меня заметка!

Однокурсник умчался по своим делам, а я подумал, что не зря задержался в Доме печати. Ведь Кира Степановна Кочеткова — это настоящая легенда тверской журналистики, которая читала мои студенческие опусы и давала рекомендации. Безжалостные, но во многом справедливые. В будущем ее, к сожалению, не стало в двадцать втором году. А тут, в прошлом, я увидел ее энергичной и полной творческих сил.

Жаль только, что не встретились другие ветераны, на которых я равнялся во время учебы и первых шагов в профессии. Лидия Осиповна Гаджиева, крутая расследовательница, еще не приехала в Калинин из Баку, Татьяна Александровна Смелкова, наверное, пока что трудится в сфере образования. Да и молодой Александр Витальевич Хохлов, скорее всего, еще работает где-то в другом месте.

А мне, пожалуй, пора. Еще в гостиницу заселиться надо и город успеть посмотреть. Но перед этим сделать очень важный звонок. Причем из уличного автомата, чтобы было меньше любопытных глаз и ушей.

— Здравствуйте, — сказал я, когда в трубке ответили. — Это Кашеваров. Мне нужен Евсей Анварович Поликарпов.

— Соединяю, — отреагировал бесстрастный голос, по которому я, кстати, даже не определил, женщина со мной разговаривает или мужчина.

— Быстро вы, Евгений Семенович, — собеседник в трубке сменился насмешливым Поликарповым. — Уже успели соскучиться?

— Уже придумал, как можно решить одну серьезную проблему при помощи газеты, — сказал я. — Завтра же пуск второго блока КАЭС?

— Говорите, — чекист моментально стал серьезным.

— Обеспечите допуск моему журналисту? — сначала мне были нужны гарантии. — Я знаю, что районки туда не отправляют, но, надеюсь, для нас сделают исключение.

— Полагаю, мы решим этот вопрос со Львом Исаковичем и руководством станции, — ровным голосом ответил Поликарпов, ожидая от меня продолжения.

— Предлагаю запустить кампанию по обелению атомной отрасли, — объяснил я свой интерес. — После Чернобыля люди боятся АЭС, в обществе разгуливают страшилки. А вот если на торжественном открытии показать, какие меры безопасности приняты, как учтены ошибки, допущенные на ЧАЭС… Причем сделать это открыто, объяснить человеческим языком…