— А о чем беседовать-то? — неожиданно вопросила бабка. — Мы вон с вашим уже пообщались.
Она указала на опершегося о подоконник следователя. Я понимающе улыбнулся.
— Представлюсь. Меня зовут Евгений Семенович Кашеваров, я главный редактор «Андроповских известий». А это, — я кивнул на ребят, — мои коллеги, отличные журналисты.
— Вот вы и напишите в своей газете, как ведьмы всякие советских людей изводят, — ухватилась за мою должность старушка, неожиданно трансформировавшаяся из сварливой бабки.
— Вот и я о чем, — вздохнул Апшилава.
— Подождите, пожалуйста, — попросил я его и вновь повернулся к старикам. — Мне было бы проще, если вы объясните: откуда в Советском Союзе ведьмы?
— Да мы тоже думали, что она просто стерва, — неожиданно подал голос старик. — А оказалось, что она нашего Геночку приворожила. Позарилась на перспективного специалиста, которому уже должность завотдела легкой промышленности светит… Начальница только тормозит его продвижение.
— Так-так-так, — с интересом отреагировал я, грозно посмотрев на хмыкнувшего Апшилаву.
Краем глаза я наблюдал за ребятами: Соня что-то строчила в блокноте, а Леня по-прежнему пребывал в состоянии повышенной готовности. Это он правильно делает, мы потом стариков со спины сфоткаем, без лиц.
— Нам сказали, что она любку по ночам собирала, а потом зелье варила и как чай его Геночке подавала! — возмущению бабульки не было предела.
— Любку? — эхом переспросил я.
— Любка двулистная, — подсказала Соня. — Ее еще ночной фиалкой называют.
— Правильно девочка говорит! — обрадовалась пенсионерка.
— И что? — я по-прежнему не понимал, в чем преступление неизвестной пока «ведьмы».
— Так ведь это ж трава приворотная, — вступил в разговор дед.
— А вы разбираетесь? — не моргнув, будто бы заинтересовался я. — А то есть у меня ощущение, что меня тоже кто-то таким зельем опоил…
— Ох, не завидую я тебе, мил мой, — покачала головой старушка. — Силища в этой траве скрыта — будь здоров!
— К Евдокии ему надо, — неуверенно проговорил дед и осекся, посмотрев сперва на меня, потом на следователя.
— Молчи, старый! — шикнула на него супруга.
— Отчего же, — я притворился, будто расстроен. — Если товарищ сыщик позволит…
Я состроил настолько выразительную гримасу, что Апшилава меня моментально понял. С самым серьезным видом кивнул и даже поддакнул.
— Евдокия, соседка наша, — осмелев, принялся рассказывать дед, — разбирается в этом. Ее бабка ведьмой слыла, только об этом говорить раньше было не принято… В общем, просветила она нас. Можем похлопотать, ежели обвинения тяжкие с нас поможете снять.