И это его «быстро» длилось почти час. Уже БТР с первой половиной второго взвода подошёл, успел разгрузиться и уйти за остальными, а Пилипенко всё ещё ждал раненых из Сто семидесятого батальона. А небо посветлело. Через прогалины в облаках выглядывал месяц. Саблин уже раздражался и думал отправить БТР за своими казаками, не дожидаясь раненых, но что бы он сказал, когда раненых принесли бы, а транспорта уже бы не было? Наконец старшина явился и на выговор Акима всё объяснил:
— Снайпер, сволочь, не спится ему… Стал бить, а с раненым разве побегаешь… Пришлось к скалам прижиматься… Обходить…
— Пилипенко — заводи уже, — говорит Аким. А ночь тем временем покатилась к рассвету. Саблин собрал всех казаков, и своего взвода, и прибывшего второго.
— Так, казаки, место нам досталось дурное. Не знаю я, долго ли нам тут сидеть, но соседи говорят, бить нас будут с высоты и сразу с двух сторон, так что окапывайтесь.
— Где копать-то, товарищ прапорщик? — интересовались казаки.
А что тут он мог им сказать? Сам ещё толком не понимал диспозиции; всё, что он сейчас знал, так это где позиция сержанта Павлова и где одна из позиций противника.
— В общем, тыл у нас: дорога и камни на востоке. Там, у камней, пока всё снаряжение сложим, — он делает паузу и думает. Ещё плохо видно, а прапорщику кажется, что снайперу со скалы на севере будет виден их склад; но разве сейчас это поймёшь? Да и другого подходящего места пока ему не видно. И он продолжает: — Командиры отделений и расчётов сами выберут места… пока. Траншеи не нужны, начните с индивидуальных точек. Сотник приедет, объяснит, где фронт. Да и задачу тоже…
Казаки почти в некотором недоумении разбрелись кто куда, не привыкли люди к таким приказам. Разве грамотный офицер такое скажет: идите и копайте где-нибудь. Нет, он должен пройти и указать: копать тут, тут и тут… Вот тут пулемёт, а вот тут снайпер, а там и там должны быть у них запасные позиции… Вот тут у нас мины и вот такие углы ведения огня. А то, что он предложил подчинённым — это глупость… Аким и сам это понимал, но пока ничего другого у него не было, а тут приходит ещё и «броня» третьего взвода: товарищ прапорщик, а нам куда? А снаряжение где сложить? А что теперь делать? И вопросы-то люди задавали ему правильные.
«Быстрее бы, что ли, утро! Или начальство приехало!».
И за всё происходящее, за всю свою растерянность, он как раз злился на руководство, которое толком ничего ему не объяснило. А тут командиры отделений стали приходить и докладывать:
— Нормальный ИОТ (индивидуальная огневая точка) не выкопать, сверху землицы чуток, а потом каменюка сплошь. Там не копать, там взрывать надо.