«Чего ему? Короткович всё ещё злится, что ли?».
Но, оказалось, всё совсем не так.
— Хорошо, что ты приказал ночью всем окапываться, — вдруг произносит Таран. — Правильное решение. Мы-то при планировании маршрута думали, что в тылу будем. А тут вон как… Ты же с соседями уже познакомился?
— Да, вот тут рядом с нами гвардейцы из Мурманска, — отвечает Саблин. Он рад слышать одобрение от командира; это немного неожиданно, но Саблин старается говорить ровно, спокойно, чтобы радость в голосе не слышалась. — А дальше так наши вечные соседи, Седьмой полк.
— Угу… Я так понял, ты их раненых вывозил всю ночь?
— Так точно, — отвечает Аким. Выражение «всю ночь» ему не нравится, но он не собирается сейчас спорить.
— Ты сделал всё правильно, когда собрал и вывез раненых, — ошарашивает его хорунжий. Но тут же и осаживает: — И выговор получил абсолютно заслуженно. Тебе нужно было свой взвод вывести в условное место в обозначенное время. А ты, наплевав на приказ, занялся самодеятельностью… В общем, это тот самый случай, когда все правы. И ты, и командир, — тут Таран делает паузу. — Ну ладно, я не за этим… В общем, в ночь второй и третий взвода уходят дальше, там готовится выход на мыс… Наши пойдут вторым эшелоном, а мы с тобой остаёмся тут.
«Мы с тобой…? Короткович, значит, уходит?».
Эта мысль немного ободрила Акима, но ненадолго, так как хорунжий, угадав мысли прапорщика, сообщает ему:
— Да ты сильно-то не радуйся, — слышно, как он коротко усмехается, — у нас приказ прекратить или хотя бы ограничить действия противника на скальной гряде.
— И как же то сделать? — Саблин удивлён. — Нешто мы козодои, взлетим на те горы, что ли?
— Ну так вот, я тебе про то и говорю: не радуйся, что Короткович уходит, — продолжает Таран. — Он, кстати, все БТРы думает забрать, и миномётчиков.
— И миномётчиков, — повторяет зачем-то Саблин. — А как тогда с блиндажами на скалах бороться?
Хотя миномёту с блиндажом нипочём не справиться, но хотя бы подавить огневую точку на время миномётчики могли. Так что миномёт был бы в этом случае вовсе не лишний.
— Вот нам с тобой и нужно найти решение, — отвечает ему хорунжий. — Но рассиживаться нам не дадут… Они со скал транспорт бьют, особенно пулемёт один донимает, — он указывает в сторону бухты. — Там он, дальше где-то. Но ты, Аким, сильно не грусти, на эту задачу с командованием согласован позывной, и мы можем обращаться к полковой артиллерии.
— А сколько снарядов нам дали? — сразу уточняет Саблин.
— На выполнение задачи нам выделено двадцать снарядов, — сообщает ему Таран. — Но Короткович десять снарядов резервирует под себя. Нам с тобой отдаёт десять.