Кое-как разместились, легли спать, но по рыбачьей привычке Аким встал рано, в два часа утра. Сам встал и людей своих поднял — завтракать. Баки заливать. После, когда всё уже было готово, он разбудил Фарафонова, сунул ему планшет:

— Покажете, где Глаз выпрыгнул из лодки?

— Послушайте, Саблин, не могу понять, почему вы ещё прапорщик? — после многочасового бодрствования лейтенант не очень-то рад, что его разбудили. Он берёт у Акима планшет. А тот ему и говорит нехотя:

— Не знаю, не заслужил, значит, большого чина.

— Странно это, — продолжает Фарафонов, он жмурится, чтобы глаза после темноты привыкли к светлому экрану планшета. — С такой настырностью и требовательностью вы уже давно должны быть сотником, — наконец он находит район, где происходил бой, тычет в экран пальцем: — Где-то тут лодка, там мелко, вы её найдёте, увидите, а вот тут, по идее, он где-то спрыгнул. Вот тут вот… В общем, ищите. Но имейте в виду, карта у вас старая… Тут всё давно переменилось.

— Принято, — Саблин теперь сам рассматривает указанный район и запоминает. — Это уже русло…

— Да, один из рукавов русла, — поясняет лейтенант, — они на большое русло не хотели выходить, там открытые пространства встречаются, как раз для пулемёта, а Глаз, видно, эти места хорошо знал, гнал по рукавам…

— Понял, спасибо, — Аким не отрывается от карты.

— Вы сейчас уходите?

— Так точно, — Саблин наконец выключает планшет и прячет его.

— Ладно, — Фарафонов вздыхает. Видно, что он думает вставать и теперь собирается с силами.– Через час-полтора выйду за вами. Связь — канал тот же.

— Принято.

* * *

Под утро всякой нечисти в воздухе явно прибавилось. Какие-то длинные жуки, величиной больше, чем стрекозы, то и дело падали на носовой прожектор лодки, каждый раз восхищая казаков своими размерами.

— Ну ты видел, нет? — удивлялся Кульков, сидевший на носу за пулемётом. Ему было видно гадов лучше всех

— Чего там? — интересовался Калмыков с кормы.

— С ладонь, зараза, вот такая, только что шмякнулась о фонарь. Жуть, что за звери тут у них.

— Да, у нас такого нет, — отвечал ему Карасёв. — Это всё из-за деревьев.

— Да нет… — не соглашался с ним Николай. — Это всё из-за Камня, тут же пришлых куча, говорят, через каждые десять километров база или лаборатория, шебуршат, что-то делают, вот и гадов этих изобретают.

— Коль, а на кой им оно? Таких-то чертей изобретать? — интересуется Калмыков.

— Да разве ж я знаю, — отвечал Кульков. — Ну… если так подумать… может, чтобы люди тут, на болотах, вообще жить не могли.

— А-а… — понимает Денис.

А Аким эти разговоры слушает, но не встревает, хотя у него есть на этот счёт своё мнение. Он всё ещё не может оторваться от планшета, изучает район, где может сейчас находиться Глаз, а как наконец отрывается, чистит защитную сетку на дыхательных фильтрах шлема от слоя мошки и спрашивает: