— Давайте, я подпишу, — соглашается сотник. — А до комплекта вам не хватает, конечно, штурмовиков?

— Так точно.

— Желательно добрать, — говорит Короткович. — Если есть молодые на примете — берите, говорите, что новые кирасы скоро придут, может, уже в этом году, наша сотня первая из полка получать будет.

— Новые кирасы? — радуется Каштенков.

— Да, лично опробовал, — отвечает сотник. — Процессоры те же стоят, но система новая, сама кираса потяжелее, пообъёмнее, но очень крепкая будет.

— Да, слухи в полку про новую кирасу уже ходили, — радуется Саня.

— Думаю, ознакомительный экземпляр уже через неделю в сотню пришлют. Ну, во всяком случае мне так обещали, — рассказывал им командир.

В общем, вышел у них с Коротковичем абсолютно нормальный разговор, без претензий и упрёков. Ну а какие могут быть претензии? Взвод худо-бедно собран, вооружён. Стрельбы, полевые, слаживание — подразделение готовится к призыву по всем правилам.

Когда вышли из кабинета, Саблин молча удивлялся своему заму: как он уже поднаторел, как научился с начальством ладить. И он говорит ему:

— Значит, думаешь людей на полевые на три дня вытащить?

— Да, надо бы, — отвечает Каштенков.

— Ох, будут на тебя казаки зубами скрипеть! — замечает ему Аким.

— На меня? — удивляется Саня.

— На нас, на нас, — исправляется прапорщик.

— Ну, поскрипят малость… — соглашается Каштенков. — Ну а что делать, должны понимать, взвод новый, молодых много, люди не притёрлись ещё, а в призыве уже некогда. Там не до слаживания будет…

Тут Саня, конечно, прав: и полевые сборы, и слаживание взводу Саблина необходимы. Это старым взводам, где от призыва к призыву меняется один или два человека, сборы не нужны. Да хоть для того, чтобы люди начали узнавать друг друга через микрофоны и наушники.

Они спустились в курилку, закурили, а тут ему на коммутатор приходит сообщение. Аким читает его, это Пивоварова писала ему, что у неё есть время и она ждёт его в госпитале на процедуры.

— Кто там? — сразу интересуется Саня.

— Да на процедуры зовут, — отвечает Саблин.

— Пойдёшь?

— Нет, — Аким написал Розалии, что сегодня у него нет времени.

— А что делать будем? — спрашивает товарищ.

Тут Аким и предлагает ему:

— Пойдём, Саша, в чайной посидим, а то вечером там такой гомон стоит, что сам себя не слышишь, поговорить невозможно.

— Пошли, — сразу соглашается Каштенков. — Посидим по-человечески. Может, Червоненко позовём?

— Зачем он тебе?

— Для компании, — отвечает Саня и усмехается: — Может, опять за стол заплатит.

— Да мы недолго.

Вчера у него не получилось, но интерес Акима никуда не делся. И на этот раз… Юнь была за стойкой, считала что-то со своей помощницей. Она сразу поглядела на вошедших казаков и пошла к ним. Саблин и Каштенков уселись, и женщина уже была рядом.