— Сегодня без сушки идём, Палваслич. Четырнадцатое попозже, там посмотрим.

— Андрей закроет?

— Закроет.

Митрич сказал это с тем же выражением, с каким год назад говорил про Кузьмича. За год Андрей в Митричевой шкале прошёл из «парня после армии» в «он закроет». У Митрича словарь экономнее Кузьмичёвского ещё на четверть; четыре слова, и это полная характеристика человека.

В четверг пятнадцатого приехал Дымов. На той же серой обкомовской «Волге», без водителя. Я увидел из окна: Лёша во дворе стоял у нашей служебной машины спиной к Дымовской и нарочно не оборачивался. Лёша давно умел ловить мой пас: если я принимаю гостя без подготовки, Лёша сегодня не нужен.

Дымов вошёл, снял светлую летнюю шляпу на обкомовский манер, повесил на стул в углу, сел.

— Алексей Петрович.

— Павел Васильевич. По общей сводке: у Вас тридцать два и две на одиннадцатое. По области среднее двадцать четыре и три. «Рассвет» снова идёт первым.

— Тополев?

— Тополев двадцать восемь. Хрящевское объединение двадцать один. Медведев в районе соседнем двадцать пять.

Я слушал и записывал, не для отчётности, а чтобы занять руку. Когда Дымов диктовал цифры, я писал их в столбик. Кузьмич сказал бы: «привычка, а не работа»; Дымов сказал бы: «инструмент, а не привычка». Оба были бы правы.

— И что Москва?

Дымов замолчал, как умеет замолчать только экономист обкома, когда вопрос прямой, а ответ не структурирован. Положил руки на колени, ладонями вниз. Его поза, с которой он начинал не самое приятное.

— Стрельников отчитывается о Вашем хозяйстве. В Москве. По второй декаде.

— Хорошо.

— Я не уверен, что хорошо. Имена там пошли новые. Стрельников упоминает Вас как образец. Кому-то это пригодится. Кому-то нет.

— Кому именно нет?

Дымов отвёл взгляд в окно.

— Алексей Петрович, я не прошу фамилий. Я прошу, куда смотреть.

— Смотрите сами на тех, кто захочет с Вами увидеться. Если в августе или сентябре кто-то приедет «посмотреть Ваш хозрасчёт», скажете, что заняты уборкой. Если приедет в октябре, впустите. Если позовут в Москву, съездите. Если Стрельников захочет, чтобы Вы выступили в Курске на областном, выступите. Если Стрельников сам приедет в «Рассвет», это другая ситуация.

— Какая?

— Та, в которой я бы Вам не советовал быть одному.

Дымов сказал это без ударения, как будто сообщил погоду на завтра, и я понял: год прошёл, год от первого Дымовского визита в августе восемьдесят четвёртого, и Дымов больше не «инспектор экономического отдела». Он мне теперь говорит, что «бы посоветовал», а это другая весовая категория, даже в его кабинетных мерах.