Отвожу телефон от уха, через пару секунд вижу на экране лицо Ромы. Он выглядит слишком усталым и взволнованным.
— Ты все еще на работе?
— Да. Дела затянулись. Да и дома одному скучно. Ты тему не переводили, расскажи, что случилось… — хмурит брови. — У тебя глаза красные. Ты плакала… — он не спрашивает. Утверждает.
Отвожу взгляд, выдыхаю. Снова хочется реветь. Чувствую себя такой беспомощной и униженной…
— Может, не стоит?!.
— Амина, — рявкает Рома. На скулах желваки ходят ходуном. — Мой отец и там что-то натворил? Он звонил, нес всякий бред. Я толком ничего не понял, но, предполагаю, руки дошли до тебя.
На глазах появляются слезы. Шмыгнув носом как ребенок, тру ладонью лицо.
— Да, мужчина, с которым Марианна хотела познакомить меня… Говорил про то, что твой отец не может избавиться от моей матери, а тут и я в тебя вцепилась… Это было очень больно и унизительно, Ром. Я не ожидала такого. Люди так на меня смотрели… Почему люди такие злые, скажи? Если даже это дело рук твоего отца, зачем тому человеку так поступать? Разве так важна личная жизнь, если мы там собрались по работе, а?
Рома трет пальцами виски, а потом переносицу. Он жутко злится, хоть и особо не хочет подавать виду.
— Прости, — качает головой, не глядя на меня. — Прости, Амина. Не хотелось бы, чтобы он причинил тебе вред по моей вине. Но обещаю… Разберусь.
— Почему по твоей вине, Ром? Я так не думаю. Да и… Пообещай мне другое.
— Что?
— Что не будешь разговаривать с отцом. Лучше поступим по-моему. Может, я позову на встречу свою мать, а ты свою. Они явно что-то скрывают. И твоя и моя. Если не узнаем, что на самом деле стряслось в прошлом, мы не узнаем, что делать сейчас. Эта давняя история вредит всем. В том числе и тебе с братьями. Я надеюсь, Тимур не будет лезть к Сархану. Он и так только-только начал строить нормальную карьеру.
— Моя мать молчит, Амина. Как и твоя. Будет бесполезно их куда-то звать и допрашивать. Мой отец всегда любил подставлять, вон, и тебе подножку поставил. Сволочь бесхребетная. Ты мне имя того мужика узнай, большего не надо. Хорошо?
— Зачем? Ром, я сейчас ничего не хочу, кроме покоя. Тот человек явно близок с твоим отцом, ему плевать, что говорят посторонние. Поэтому… и тут смысла с ним разговаривать нет. Надо уговорить матерей. Или ты что-нибудь у своей узнай, а я постараюсь узнать у своей. В конце концов, мы уже знаем, что моя мать там не по своей воле. Твой отец сказал, что она в клетке… Именно так выразился. Меня поражает, что я не видел в глазах матери ту боль…
— Либо играла для вашего же блага, либо терпела из-за денег. Но… После того, как я увидел ее… Больше склоняюсь к первому варианту. Я тоже всегда думал, что она разбила нашу семью. Моя мать всю жизнь ее винила, проклинала…