Неожиданно для самой себя понимаю одну вещь. Я больше не жду Рому.
Нет... я всё ещё люблю его. Всё ещё не верю ни единому слову, сказанному возле агентства. Уверена, что существует причина, о которой я ничего не знаю. Но ждать человека, который целую неделю не смог найти нескольких минут, чтобы объясниться, — значит перестать уважать саму себя. Любовь никогда не должна требовать от человека отказа от собственного достоинства.
Сердце продолжает упрямо повторять, что стоит подождать ещё день. Потом ещё один. И ещё. Но разум впервые оказывается сильнее.
Я открываю шкаф, достаю большой чемодан, а когда он оказывается закрыт, долго сижу на краю кровати.
Не плачу.
Слез почему-то больше нет. Организм устал постоянно болеть. Обвожу взглядом спальню. Совсем недавно мне казалось, что здесь начинается мое будущее.
Представляла, как будем спорить из-за цвета стен, выбирать новую машину, и решать, какие имена дадим детям.
Теперь все это остается внутри моей памяти. Будущего, которое я так старательно строила, больше не существует.
Оно закончилось, когда человек, обещавший никогда не отпускать мою руку, сам ее отпустил.
Поднимаюсь, беру чемодан. Ещё раз прохожу взглядом по квартире.
— Прощай... — едва слышно произношу я, сама не понимая, к кому обращаюсь.
К этому дому. К своим мечтам. Или к мужчине, которого, кажется, всё ещё продолжаю любить вопреки всему.
Глава 59
Глава 59
Ставлю машину поперёк выезда и глушу двигатель. Сижу, крепко сжимая руль, даю себе время собрать волю в кулак перед тем, как открыть дверь. Конечно я понимала, что этот разговор рано или поздно состоится. Много раз представляла его, придумывала десятки фраз, которыми встречу человека, разрушившего слишком много чужих судеб. Но сейчас, когда между нами остаётся всего несколько метров, внутри нет ни страха, ни ненависти.
Я чувствую только усталость, которая поселилась в каждой клетке моего тела.
Выхожу из машины, иду к высоким воротам, которые распахиваются сразу же, не успеваю я дойти. Сначала мне кажется, что меня видят по камерам видеонаблюдения, поэтому открывают, чтобы я зашла. А потом выезжает машина Тимура, и я понимаю, что к чему.
Наши взгляды пересекаются. Странно, насколько спокойно я себя чувствую. Ещё пару недель назад один только взгляд этого человека заставлял меня внутренне сжиматься, вспоминать всё то, через что пришлось пройти моей матери, мне самой и Роме. Сегодня же страха нет. Видимо, существует предел, после которого человек перестает бояться. Когда жизнь уже забрала у тебя самое дорогое, угрозы перестают производить прежнее впечатление.