Мозг то и дело возвращался к ней. Представлял, как она заходит в офис, видит пионы. Как она отреагирует? Улыбнется? Разозлится?
Скорее всего, все вместе. Она эмоциональная, моя Амина. Живая. Не как те куклы, что вешаются на шею при первом намеке на деньги. Эта девчонка — бой и характер. За это и нравится.
Выходит она слишком поздно. Я уже начинал нервничать — вдруг через заднюю дверь вышла? Но нет. Стоит у входа, уставшая, волосы растрепались, глаза красные, но все равно красивая.
Выхожу из машины, подхожу со спины. Стараюсь говорить мягко, чтобы не напугать.
— Амина.
Она вздрагивает. Резко оборачивается. В глазах — страх, злость, усталость и... что-то еще. Ненависть? Раздражение?
— Чего ты от меня хочешь? Почему преследуешь?
Голос немного дрожит. Не все потеряно, раз она так реагирует. Если бы было плевать — послала бы матом и уехала. Уверен, она и на это способна — ударить, крыть крепкими словами, опозорить на всю улицу.
— Поговорить хочу.
— О чем? Что бы ты ни говорил, мое мнение о тебе не изменится.
Врет. И сама знает, что врет. Глаза выдают. Слишком наивная для такой взрослой жизни. Слишком честная. Не умеет врать, в отличие от меня. Это в ней, наверное, самое прекрасное.
— Я так не считаю, — говорю спокойно. — Давай сядем где-нибудь. Обсудим все от «А» до «Я». А потом… Любое твое решение приму с уважением.
Борется сама с собой — отчетливо вижу. Кусает нижнюю губу, сжимает ремень сумки. Хочет послать, но не решается.
— Роман, — выдыхает, прикрываю глаза, а потом распахивает их и смотрит на меня в упор. — Мне некогда с тобой разговаривать. Да и обсуждать нечего. Все, что было — забыли. И продолжаем жить дальше. Окей?
Не женщина, а Миссис Упрямство.
А еще дерзкая, упертая и самоуверенная.
— Забыли? Ты сама веришь в то, что говоришь, Амина, — делаю шаг вперед, оказываюсь вплотную. Девчонка смотрит на меня снизу вверх, распахнув глаза. Машинально упирается ладонями мне в грудь, и я перехватываю ее запястья.
— Почему же нет? Ты-то отлично умеешь притворяться, играть, а потом бить в самое больное. Для тебя забыть — то же самое, что щелкнуть пальцами.
— А для тебя?
Глядя в напряженное лицо Амины, понимаю, что она готова врезать мне, лишь бы я затянулся и исчез. Но все не так просто. И отступать я не намерен.
Сначала расположу ее к себе, заставлю поверить мне вновь, а потом узнаю, почему отец так хочет, чтобы я держался от нее максимум далеко.
Он должен понимать… Если он чего-то от меня хочет, у меня стойкое желание все сделать с точностью наоборот. Принципиально.
— Я устала. Хочу домой. Повторюсь: все, что было — проехали. Ты мой сводный брат, не более. Привет-пока — и на этом наши отношения ограничиваются. Мы можем увидеться на семейных мероприятиях, как в прошлый раз. Может поговорить, да, как… далекие родственники. Но не более. Видеть, слышать тебя не хочу. Как и получать цвета. Твои поступки ничего не изменят. И да, ты просил прощения. Я тебя простила, честно. За все то вранье, что ты мне наговорил. А теперь отпусти меня, и отойди. Не смей больше дотрагиваться. А еще у меня есть личная жизнь. Не хочу, чтобы люди думали, что у меня кто-то есть…