* * *

— Иньес, что это за шутки? — негромко произнес Дубровский.

— Срочная прибавка к памяти, подробности на земле, — быстро прошептала домовая, так, что и я ее едва расслышал.

Аня не проснулась, Есугэй сочинял стихи. А я с головой погрузился в сильно упрощенную версию начерталки, и так и впитывал эту однозначно полезную премудрость до самой посадки.

В Ингрии нас встретил тролль. Горный, то есть большой.

— Рад видеть старого друга! Так-то собрал вам багаж, какой просили, — пробасил он.

— Спасибо, дорогой. Помочь чем надо?

— Пока, однако, больше не надо, — покачал головой великан. — Крупных неприятностей не было, а мелкие Орда решает.

На неприметном фудтраке с белой дланью тролль довез нас до автовокзала. На борту машины нас покормили настоящей ордынской шаурмой и напоили кофе — хотя как этот напиток еще вливался в Дубровского, выпившего уже несколько литров, оставалось для меня загадкой. Машину покидали с тремя новыми объемистыми сумками.

— Хорошей войны, друзья, — попрощался с нами гигант.

Из Ингрии в Ковно мы доехали на автобусе. Тут уж спали все, просто потому, что надо. Охраняла наш сон бдительная Иньес.

Когда мы приехали в конечную точку нашего официального маршрута, до рассвета оставалось часа полтора-два, стоило поторапливаться. Сонные пассажиры покидали салон, а Дубровский подошел к водителю.

— Любезный, а есть ли у вас час-полтора свободного времени? А то у нас есть срочное дело на две тысячи денег, сравнительно недалеко отсюда. В целом предстоит проехать вёрст тридцать-сорок.

— Две тысячи? Ну, скажем, интересно, можно и не поспать. А что за дело-то?

— Съездить в одно местечко, посадить в салон компанию наших друзей и отвезти нас всех в другое место.

— Вот прямо сейчас?

— Вот прямо сейчас, да. Друзья немного загуляли, а мы слегка припозднились. Но неприятностей для вас не будет, обещаю.

— Подозрительные вы какие-то, — покачал головой водитель, — А ещё молодёжь. А ну, как я пожалуюсь куда следует?

— «Куда следует» уже прямо перед вами, — неприятным голосом ответил Володя и продемонстрировал ему бумагу Сыскного приказа.

— Тогда оно, конечно… Эх, раз «слово и дело», вы ж, поди, не заплатите… Эх, подозрительность моя…

— Отчего же? Всякий труд должен быть оплачен. Да и пока не «слово и дело», а обоснованные, скажем так, подозрения. Дальнейшее, в любом случае, уже без вашего участия.

— Садитесь, едем, кивнул водитель и тихонько пробормотал: — Доигрались Курбские…

Дальнейшее было не просто, но для меня, скажем так, уже вполне рутинно. Иньес вызвала Нафаню, и он телепортировался ко мне на плечо почти мгновенно, сообщив, что маной заряжен на все проценты, и пошёл я работать по специальности.