Так, Адрис провел на Вирити уже пятнадцать стандартных месяцев, за которые наладил шпионскую сеть, призванную следить за развитием событий на стыке трех основных политических сил Ближнего Космоса: Рамоссонской империи, Союза Независимых Планет и совсем молодого государства Свободного Королевства Атласа. Для сообщения со столицей Адрис подобрал надежного связного в имперском посольстве — Ену Ноулон. Они успели сработаться, найти общий язык. Поэтому новость о ее смерти ударила Адриса тупой болью в затылок, рискуя лишить остатков уверенности в собственной компетентности. Он снова провалился. Снова не справился.

— Извините, — послышалось впереди.

Адрис встрепенулся, сбросив навалившиеся на плечи тяжелые мысли. Пока он занимался самобичеванием, Ирен пересекла заросший травой пустырь и поднялась по пешеходной дороге к воротам, преграждавшим вход в посольство. Она приложила пропуск-карту, показала удостоверение двум охранникам и уже шагнула вперед, как вдруг столкнулась с выходившим в город мужчиной и теперь потирала ушибленный лоб.

— Вы меня простите, — вежливо, но с едва сдерживаемым раздражением раздалось в ответ.

Адрис остановился в двухстах метрах от этой сцены, сделав вид, что пытается сориентироваться на незнакомой местности. На самом деле он попытался рассмотреть лицо мужчины, в которого врезалась Ирен. Их неловкая встреча не выглядела подозрительной, нет. Просто Адрис посчитал нужным проверить того, кто на ночь глядя решил выйти в город.

Ему хватило нескольких секунд, чтобы разглядеть массивный прямоугольный подбородок, толстую потную шею и потерявшиеся среди складок лица глаза. Он узнал в позднем посетителе посольства Кориолана Герц, супруга посла Анны Герц. Лично с ним Адрис не общался, но от других слышал, что Кориолан — очень приятный и открытый человек, в отличие от своей строгой и прямолинейной жены.

«Наверное, навещал супругу, но та сегодня явно задержится в посольстве допоздна, разбираясь с утренним происшествием», — подумал Адрис, добавив в адрес убийцы Ены парочку ругательств, скорее для проформы, чем если бы он действительно был зол — гнев вместе с прочими чувствами притупился за прошедшие часы.

«Знайте, уважаемая посол Герц, сегодня ночью бодрствуете не вы одна, — Адрис пропустил мимо себя Кориолана Герц и мысленно обратился к пятнам света в окнах рамоссонского посольства. — Разница между нами лишь в том, что вас ждут дома».

Адрис снял шляпу, смял ее, убрал во внутренний карман пальто и быстрым шагом приблизился к воротам. Пропуск, изготовленный при содействии Ены, произвел на охранников нужное впечатление — все благодаря значившемуся в нем имени, которое Адрису не принадлежало.