Но я не стал терять времени. Полезности буду собирать, когда покончу с битвами. Разломил мечом гнилую табуретку, которая стояла рядом с печью. Будет факелом.

К тому моменту, как сюда придут гоблины, стены, которая спасала их от пауков, уже просто не будет. Я ожидал, что провернуть план будет намного сложнее. Что придётся пробиваться с боем, что будут ловушки, что я встречу ожесточенное сопротивление. Однако вот я уже клал самодельную гранату под одну из стен, которая, как я увидел сквозь щели, разделяла их лагерь от каньона с пауками, и поджигал фитиль. Мы просто вошли на базу гоблинов и почти не встретив сопротивления взорвали одну из её стен.

Оглушительный грохот, сопровождаемый густым чёрным грибом, с огненными всполохами внутри, разорвал тишину. Моя костяная грудь содрогнулась от ударной волны, а стены пещеры затряслись, словно под ударами исполинского молота. В воздух взметнулись обломки камня и дерева, и тут же всё поглотил густой, едкий чёрный дым, застилая собой каждый уголок. Через него я с трудом различал, как пауки, слыша этот ужасный гул, почему-то пришли в ярость и сами сломя голову побежали на звук. Они вылезали буквально отовсюду — с потолка, из глубины каньона, их многочисленные глаза горели в клубах дыма. Им явно не понравилось! Уж вряд ли они были настолько умны, чтобы определить в этом взрыве и свой шанс. Скорее всего, это был просто инстинкт — напасть на источник громкого шума. В общем, после взрыва всё начало наполняться топотом их ножек и этим ужасным издаваемым ими скрежетом.

Мои скелеты едва успели отбросить тела мёртвых гоблинов, которые я хотел использовать как приманку, когда пауки кинулись на них с единственным желанием немедленно сожрать. Но, как я и предполагал, к нам они быстро потеряли интерес, поняв, что перед ними лишь кости.

И тут появилось новое подкрепление гоблинов. На сей раз их было намного больше, и они были с лучшей экипировкой. Достаточно, чтобы дать уверенный отпор моим скелетам, если бы не одно «но». Они вышли прямо к паукам. А те, увидев живую плоть, были только рады их видеть.

В рядах гоблинов началась сильная паника. Они разбегались кто куда, кто-то пытался бежать назад, но скорость пауков была крайне велика, и они быстро заполнили всё пространство, с жадностью накрывая паутиной одного гоблина за другим, а кого-то успевали сожрать целиком.

Вдруг раздался голос гоблина-вожака, тот самый, что командовал на арене. Он кричал, его голос был полон отчаяния, но и какой-то дикой решимости:

— Курари! Куру-ку! (Собраться с духом! Стоять на смерть! Задержать пауков!) — он метался, пытаясь организовать своих. — Кура-ри-ри! (Иначе они проберутся в наш основной лагерь!) — Затем он приказал кому-то ещё: — Кура-ку! (Я сам подниму всех остальных гоблинов, чтобы из наших домов построить новую линию стен от пауков!)