— В кабинет начальника. Немедленно, — сказал он коротко и вернул трубку на место.

Не прошло и минуты, как дверь снова открылась. Вошёл врач Шнайдер с чёрным чемоданчиком в руке. Он быстро приблизился к телу, опустился на колени и начал осмотр. Проверил зрачки, послушал грудь, отметил отсутствие любых признаков жизни. Процедура заняла считанные секунды.

Кранц стоял рядом, сложив руки за спиной. Когда Шнайдер завершил первичный осмотр, Кранц кивнул ему. Этот кивок ясно говорил: ты знаешь, что делать.

Шнайдер открыл чемоданчик и приступил к необходимым действиям. Кранц оставался на месте, обеспечивая порядок в комнате. На столе всё ещё стояли пустые тарелки от ужина, бокал и салфетка.

Мильх лежал неподвижно на ковре. Так оборвалась жизнь ближайшего соратника Геринга.

* * *

Берлин, Рейхсканцелярия.

Утро следующего дня после смерти Мильха выдалось серым и прохладным. В приёмной перед кабинетом Геринга царила строгая тишина. За массивным столом сидел секретарь Боденшатц, просматривая бумаги. Рядом с ним стояли два сотрудника службы безопасности в тёмных костюмах, их лица оставались неподвижными.

Дверь открылась, и вошёл Ланге. Он был в форме генерал-майора, с папкой под рукой. Обычно он проходил прямо в кабинет, но сегодня Боденшатц сразу поднялся и кивнул ему.

— Доброе утро, генерал-майор. Рейхсканцлер ждёт вас, но сначала мы должны провести обыск.

Ланге не проявил удивления. Он положил папку на стол и поднял руки в стороны, позволяя сотрудникам безопасности приступить к делу. Один из них тщательно проверил карманы кителя, прошёлся руками по швам брюк, осмотрел обувь. Второй открыл папку и перелистал все документы, внимательно изучая каждый лист. Затем первый безопасник кивнул на рот Ланге.

— Откройте, пожалуйста.

Ланге подчинился, широко раскрыв рот. Безопасник заглянул внутрь, используя небольшой фонарик. Процедура заняла несколько минут. Наконец они отступили, и Боденшатц коротко кивнул.

— Всё в порядке. Проходите.

Ланге взял папку и шагнул к двери кабинета. Он постучал и вошёл. Геринг сидел за своим широким столом, китель был расстёгнут — как всегда в неформальной обстановке. На столе уже стояли бутылка коньяка, два стакана и несколько тарелок с закусками: тонко нарезанная ветчина, свежий сыр нескольких сортов, маринованные огурцы, ржаной хлеб и копчёная колбаса.

— Доброе утро, господин рейхсканцлер, — сказал Ланге, закрывая дверь за собой.

Геринг указал на кресло напротив.

— Садись, Ланге.

Ланге опустился в кресло. Геринг посмотрел на него внимательно, затем налил коньяк в оба стакана. Он поднял свой и сделал глоток. Ланге последовал примеру.