Лира, почувствовав, что опасность миновала, а магическая буря внутри неё улеглась, медленно отстранилась от меня. Она всё ещё держалась за мою руку, словно боясь, что я исчезну, но уже снова становилась той самой Лирой, которую я знал. Холодной, расчётливой, держащей эмоции под семью замками. Она с тревогой заглянула мне в глаза, пытаясь прочитать мою реакцию на её новообретённый статус.

А я… А что я? Если честно, я не был удивлён. Где-то на задворках сознания я всегда подозревал, что моя лисица — не просто талантливая шпионка. Слишком уж специфическими были её навыки. Слишком глубокими познания в магии, политике и придворных интригах. Слишком аристократичными повадки, которые не скроешь ни под какой маской. И её девочки, эти молодые кицуне, слепо следующие за ней и готовые умереть по одному её слову, — это не просто ученицы, однозначно вассалы. А вассалы бывают только у тех, кто имеет на них право по крови. Так что новость о том, что моя любовница оказалась княжной, не стала для меня громом среди ясного неба. Скорее, это был последний кусочек пазла, который встал на своё место, и теперь общая картина стала пугающе ясной.

— Могу ли я оповестить вашего отца о времени, когда вы сможете посетить наш временный дом в Лангре, госпожа? — Рэйлан поднялся с колена. — Он был бы рад…

— Это зависит не от меня, — холодно, отрезая все пути к дальнейшим расспросам, прервала его Лира. — Я на службе.

— Понимаю, — Рэйлан склонил голову. — Контракт есть контракт. Обязательства перед нанимателем священны, но всё же, семья…

— Я не на контракте, — в голосе Лиры прорезался лёд. — Я присягнула на верность. И я не уверена, — она сделала короткую, но очень значимую паузу, — что мой… жених… согласится отпустить меня одну в такое опасное путешествие.

После этих слов лисица медленно повернула голову и уставилась на меня своим немигающим, пронзительным взглядом. И вместе с ней на меня уставились все, кто был в этом зале. Даже Урсула, до этого с мрачным интересом разглядывавшая пленника, повернулась и впилась в меня своими чёрными, как ночь, глазами.

В зале повисла такая оглушительная тишина, что было слышно, как за окном капает с крыши дождевая вода.

Учитель Лиры откровенно завис. Он смотрел то на меня, то на Лиру, и в его умных, всё понимающих глазах читалось откровенное недоумение. Я видел, как его мозг лихорадочно работает, пытаясь сложить два и два. Он перебирал в уме всех известных ему молодых аристократов из влиятельных родов, пытаясь понять, кто из них мог стать избранником старшей дочери князя Антивского. И, судя по его растерянному виду, ни один из кандидатов не подходил под мою скромную персону. Я видел, как он вглядывается в моё лицо, в мои руки, в мою одежду, словно пытаясь разглядеть там скрытые гербы, магические знаки или хотя бы намёк на благородное происхождение. Я почти физически ощущал, как он ждёт, что у меня сейчас из-за спины выпрыгнут пять-шесть пушистых хвостов, неважно какого цвета, лишь бы они были.