— Планы у тебя, конечно, грандиозные, — усмехнулся я, — за тебя можно только порадоваться, что ты себе такие цели ставишь. А насчёт академиков… Так, они разные бывают. Ты же наверняка знаешь, что лучший отдых, это смена рода деятельности. Я вот, например, писатель. И я с удовольствием помогу твоим родителям сегодня. Физический труд облагораживает, знаешь ли.

— Фёдор, — Настя сморщила губки в мимолётном недовольстве, — ты сейчас говоришь как старый дед! Тебе бы ещё сейчас пенсне и древний пиджак с заплатками на локтях. Был бы вылитый Яков Соломонович, наш преподаватель пропедевтики детских болезней. Тот тоже любит повторять, что труд сделал из человека обезьяну, — услышав это что я, что таксист который нет-нет, да прислушивался к нашему разговору, рассмеялись, — ой. Я оговорилась! Из обезьяны человека, конечно же! Фёдор, хватит смеяться! Прекрати, а то обижусь!

— Хорошо, хорошо. Твоя взяла, — ответил я. А насчёт твоего Якова Соломоновича я могу сказать, что сразу видно, что он умный человек. Оба его высказывания очень точны. Ой! — Настя не удержалась и ткнула меня локтем в бок, — ладно, ладно. Я пошутил. Долго ещё?

— Нет, почти приехали. За воротами сразу налево, а потом второй поворот направо и до конца, — объяснила девушка водителю.

* * *

То, что кооператив новый, было понятно практически сразу. Далеко не все участки могли похвастаться наличием домиков или даже заборов, но это не главное. Плодовые деревья, вот что говорило о молодости этого Мелиоратора. Ни одной по-настоящему высокой и раскидистой яблони я не видел.

Зато инфраструктура имелась вся. Издалека виднелась водонапорная башня, наверняка воду качают из водохранилища, и повсюду стояли электрические столбы.

Участок Настиных родителей был не исключение. Да, он достаточно большой, но домик, как говорится, в процессе сборки. Как я понял, это будет стандартное деревянно фанерное строение, но зато двухэтажное. Пока что из строений на участке был только хозблок, совмещённый с летней кухней. Так это назвала моя спутница.

Мама Насти вместе с еще парочкой незнакомых мне женщин занимались грядками, а буквально через десять минут после того как таксист скрылся за поворотом, появился и отец девушки.

И появился очень величественно. За рулём не чего-то а аж целого студебеккера.

— Ага, дочка, приехала! И своего писателя привезла. — обрадовался он, — я вот решил вспомнить молодость и сам сел за руль «Студера». Давай, прозаик, скидывай свою югославскую куртку и помогай разгружать. Круглое, само понимаешь, надо нести, а квадратное катить.