Фигуранты получали два года вместо пятнадцати, а Белогорский — свои «нетрудовые» пять тысяч рублей.

Зудин держался уверенно, говорил с улыбкой, ездил на новеньком «Москвиче» и располагал всем своим видом.

Белогорский доверился ему, впервые преступил закон и… Ничего не случилось. Кроме денег, которые моментально были потрачены на Ирину.

Зато в определённых кругах прошёл слушок, что Белогорский «берёт на лапу». Так что денежный ручеёк скоро превратился в стабильный поток.

Прокурор обзаводился связями, полезными знакомствами, потихоньку рос по карьерной лестнице.

Надеясь пробить ледяную невозмутимость девушки, он делал всё более дорогие подарки. После убийства московского ювелира старинный перстень из его коллекции во время обыска отправился не в пакет с вещественными доказательствами, а в карман Белогорского.

«Мёртвому он уже не нужен», — успокаивал себя прокурор. Успокоить было не сложно, закон он давно воспринимал как что-то, что лично к нему не относится.

Глядя на перстень, Ирина хмыкнула и впервые оставила Белогорского у себя на ночь.

По давним заветам академика Павлова, «собачка» должна была закрепить условный рефлекс. За правильное и полезное поведение положена награда.

Но даже это Ирина проделала с обычным равнодушием.

— Только побыстрее, — сказала она, — мне завтра рано вставать, надо выспаться.

Ирина стала для Белогорского наркотиком. Если бы она хоть раз оттолкнула прокурора, нагрубила или даже просто возразила бы ему в чём-нибудь, возможно, у него проснулся бы инстинкт самосохранения.

А так, она была миражом, близким, но недостижимым. Даже обнимая спящую Ирину по ночам и вглядываясь в её безмятежное лицо, Белогорский понимал, что эта женщина ему не принадлежит.

Просто терпит его, готовая уйти в любой момент просто из прихоти, из каприза.

Она, как кошка, только позволяла любить себя, потому что ей было удобно, сытно и тепло.

Но теперь Белогорский знал, что делать. Регулярно он оставлял на кухне рыжие сотенные купюры «на хозяйство», надеясь, что достаток превратит Ирину в «приличную девушку».

«Если у неё будет достаточно денег, то не будет нужды зарабатывать их как-то ещё», — наивно размышлял он.

Как именно «зарабатывать», прокурор не решался произнести даже про себя. Несколько раз он видел у подъезда знакомую чёрную «Волгу», но отворачиваясь проходил мимо.

Ему казалось, что люди внутри обсуждают его и посмеиваются над ним.

Но со временем такие ситуации возникали всё реже. Спустя два года знакомства, Белогорский сделал Ирине предложение, и она неожиданно согласилась.

Этому он удивился намного больше, чем возможному отказу. Для банкета сняли ресторан, бывший свидетелем Звонарёв подрался с каким-то грузином, затем напился и уснул в салате, а Ирина в белом платье выглядела как принцесса.