Оставались исследовательские материалы. Те, что пришли по каналу, о котором знали только Ренар, его начальник охраны и человек на другом конце цепочки. Данные, полученные от партнёров, заинтересованных в дестабилизации текущего порядка не меньше, чем он сам.

Достаточно, чтобы впечатлить. Достаточно, чтобы показать масштаб организации, стоящей за оппозицией. Недостаточно, чтобы проследить цепочку до её источника.

Де Понтиак убрал бокал и бутылку в шкаф, закрыл блокнот на ключ и вышел из кабинета. Завтра он покажет русскому князю ровно столько, сколько нужно, чтобы тот поверил в серьёзность оппозиции. Ни каплей больше.

* * *

На следующее утро я снова стоял у ворот особняка де Понтиака. Охрана осталась в машине, Скальд занял позицию на каминной трубе соседнего дома, откуда просматривался и двор, и подъездная дорога. Дворецкий провёл меня через вестибюль, и на этот раз маркиз ждал не в кабинете, а у лестницы, ведущей вниз.

— Доброе утро, Ваша Светлость, — Ренар жестом пригласил меня следовать за ним. — Прошу вниз. У меня всё готово.

Вопросительно изогнув бровь, я всё же последовал за хозяином. Лестница привела в полуподвальный этаж. Коридор с низким потолком заканчивался тяжёлой дверью с рунным замком, тускло мерцавшим синеватым отсветом. Де Понтиак приложил ладонь к пластине, замок щёлкнул, и дверь отошла внутрь. Комната за ней оказалась невелика: каменные стены без отделки, ни единого окна, магические руны защиты от прослушки выжжены прямо в кладке. Вентиляция гудела негромко, вытягивая воздух через узкую решётку под потолком. На столе лежали три кожаные папки и два запечатанных контейнера размером с обувную коробку.

Я отметил рунную защиту: контур был выстроен грамотно, с перекрытием по всем шести осям, и перехватить разговор из этой комнаты не смог бы даже менталист-Архимагистр. Де Понтиак не шутил, когда обещал серьёзность.

Маркиз открыл первую папку и подвинул её ко мне. Я наклонился над столом, перелистывая страницы. Биология Бездушных. Детальный анализ тканей всех известных классов, от Трухляков до Кощеев. Сравнительные таблицы нервных систем, срезы энергетических структур, реакции на различные виды магического воздействия. Классификация по плотности некротической энергии в тканях, коэффициенты регенерации повреждений, время восстановления при разных типах ран. Уровень детализации поражал: некоторые таблицы содержали данные, которых я не встречал ни в одной академической работе Содружества, а описание нервной системы Жнецов включало информацию о нейронных узлах, о существовании которых я не знал даже из воспоминаний прошлой жизни.