— Соколовский — мой личный враг, — закончил я. — Человек, с которым я дрался и которого не добил. Если он уйдёт сегодня ночью, вы потеряете единственный шанс вычистить гадюшник, который разрастался под вашим городом два десятилетия. Я предлагаю совместный штурм. У вас есть маги, солдаты, ресурсы для оцепления. Чего у вас нет, так это человека, способного противостоять Архимагистру в прямом бою.
Я выдержал паузу.
— У меня есть. Я сам.
Хранительница молчала несколько секунд, глядя на тело де Понтиака. Маркиз лежал с открытыми глазами, и в них отражался свет люстры. Мари-Луиз перевела взгляд на меня.
— Этьенн, — произнесла Хранительница, не отрывая от меня глаз, — поднимай гарнизон.
Последнюю фразу она произнесла, не став скрываться за куртуазными формулировками.
— Их нужно выжечь дотла, князь. Соколовский — весь ваш.
Глава 7
Слова Хранительницы ещё висели в воздухе кабинета, когда Лавалле наклонился к её плечу и зашептал что-то на оттава. Смазанные звуки проскользнули мимо меня, не дав зацепиться ни за один корень. Артефакт-переводчик молчал, поскольку чужая речь прозвучала слишком тихо. Я слушал не слова, а интонацию: советник торопился, и явно говорил по делу.
Мари-Луиз не поворачивала к нему головы. Она держала на мне взгляд, пока Лавалле договаривал, и лицо её, серое после допроса де Понтиака, постепенно вновь становилось лицом уверенной в себе правительницы. Жилка на виске продолжала пульсировать, и я различал работу мысли по короткому подёргиванию уголка губ.
— Уточню сказанное, князь, — произнесла она ровно, когда советник выпрямился. — Гарнизон проведёт операцию своими силами. Ваша делегация будет находиться при штабе в качестве приданных экспертов по Гильдии Целителей. Соколовский остаётся за вами, и я рассчитываю на вашу помощь в той мере, в какой это потребуется.
Я не ответил сразу, достраивая в голове возможный смысл того, что Этьенн прошептал ей минутой ранее.
Спихнуть всё на чужака являлось политически проигрышной комбинацией, и любому советнику с минимальным опытом это становилось видно с первого взгляда. Если детройтский гарнизон останется в стороне, а зачистку проведёт русская делегация под флагом Угрюма, к утру франкоязычные газеты напечатают заголовки про Хранительницу, которая не контролирует собственный город и просит помощи у иностранцев. На третьей странице появится фотография ворот казино, выломанных русскими гвардейцами, и подпись о том, что Совет Двух Огней фактически расписался в политической импотенции. К полудню одна из фракций потребует созыва внеочередного заседания, к вечеру Мари-Луиз с немалой вероятностью подвергнется импичменту, и мой подарок превратится в петлю на её шее.