Тьма внутри портала была живой и хорошо мне знакомой. Она не имела статичной поверхности, не ложилась плоским пятном, не висела в воздухе ровным силуэтом. Она пульсировала с медленной собственной ритмикой, как огромное лёгкое, втягивающее воздух и выдыхающее его обратно. Поверхность её шла рябью изнутри, и в этой ряби проступали громадные неправильные очертания, которые мой разум отказывался укладывать в привычную геометрию. Линии не сходились в углы, плоскости пересекались вне трёх измерений, и каждое движение этих очертаний оставляло ощущение, что то, что я вижу, существует не полностью в нашем пространстве.
Из портала непрерывным потоком сочились струйки чернильного тумана. Концентрированная некроэнергия растекалась по полу медленными извилистыми ручейками, впитываясь в гранит, оставляя на плитах тёмные пятна, и пятна эти не выводились никаким светом. Камень под ней терял живое тепло за секунды и становился холодным с морозными прожилками по поверхности.
Я не успел даже шагнуть в сторону: поверхность портала натянулась наружу мокрой плёнкой, и из неё стало вылезать нечто. Сначала это нечто было скрученным, сжатым в тугой комок невозможных пропорций, и я не мог сказать, где у него верх и где низ, потому что оба эти понятия к нему не применялись. Затем оно начало распрямляться. Каменный купол потолка над платформой раскрылся, как лопнувший пузырь, и обломки породы посыпались по стенам. Пол первого этажа казино, лежавшего над нами, разошёлся пыльным грохотом, и я услышал, как наверху рушатся внутренние перегородки и кричат люди.
Существо распрямлялось всё дальше и выше. Оно прошло сквозь подвальное перекрытие, разорвало пол первого этажа, прорвало второй, разорвало крышу и вышло наконец в открытый ночной воздух Детройта целиком.
На Землю прибыл Абсолют.
Глава 11
Тюремный блок открылся перед Голицыной длинным коридором с десятком металлических дверей. Сигурд ступал впереди неё, держа топор наготове. Княжна направила ладонь, и каменные болванки с грохотом посшибали замки на дверях один за другим, сокрушив их, словно сухие орехи под молотом. После долгой паузы из камер потянулись люди с серой кожей и впалыми глазами; на запястьях у каждого болтались аркалиевые наручники. Кто-то делал нетвёрдый шаг к выходу, кто-то застывал в проёме, не понимая, что происходит вокруг.
— Наверх по лестнице, — отрывисто скомандовал Сигурд, ткнув пальцем себе за спину. — Там целители. Бегом!
Василиса подхватила под руку худенькую женщину, ноги которой подкашивались, и осторожно подтолкнула её к пожилому мужчине с такой же восковой кожей.