— Сколько? — У меня аж дыхание от удивления в горле застряло. Как это вообще возможно, чтобы одна вещь десять золотых стоила? Да на это же можно полчеловеческой жизни жить! Купить себе стадо коров. Не одну. Не две. Огромное стадо. Я попытался прикинуть в уме, сколько же точно, но все время сбивался в счете на пальцах.
— Ваша реакция вполне понятна, особенно если учесть, что корнет в год получает жалования всего один золотой. Это если без вычета хлебного сбора. — Увидев мои удивленные глаза, он вздохнул и продолжил: — Весь расход, что на вас государство тратит, из жалования вычитается. Будь то сломанный меч, попорченные доспехи или погибший во время боя конь. Вам он, кстати, положен. Ездить верхом умеете?
— Нет, — ошарашенно покачал я головой, — а это обязательно?
— Конечно, вы же младший офицер кавалерии! Если вы забыли упомянуть о столь досадном упущении нашему господину, настоятельно рекомендую это исправить и перевести вас в прапорщики. Ни жалование, ни смысл от этого не изменятся, обязанности будут по сути теми же. Хотя, если хотите научиться ездить на коне, то это очень полезный навык, просто необходимый в нашей жизни.
— Понятно. Спасибо. — Мне почему-то вспомнилось диковинное средство передвижения, увиденное позавчера. — Скажите, а на чем его высокопревосходительство приехал? Это же не животное?
— Совершенно верно. Это моноцикл — гениальное изобретение дварфов, паровых дел мастеров. Впрочем, давайте вернемся к изначальной теме беседы. Какие у вас еще есть вопросы по оценке?
— Да, я вот что хотел спросить. Господин барон назначил сумму выкупа за мои вещи. И она была значительно ниже, чем они стоили. Разве это правильно?
— Он в своем праве, — пожал плечами мужчина, — некоторые, вообще не думая, конфискуют все имущество в пользу казны. Но вам повезло, его высокопревосходительство твердо нацелился на получение статуса виконта. А говорят, что один из самых простых способов получить благоволение императора и Длани — это жить полностью по всем писаным и неписаным законам.
— То есть… — до меня начало постепенно доходить. — То, что он такой благородный…
— Он и в обычной жизни довольно справедлив был. Но последние два года очень к себе строг. Говорят, он уже получил приглашение от императора. Года два, ну максимум пять — и он станет его сиятельством, конечно, без права на престол.
— Ого, высоко наметил барон свой путь. — До меня как-то не доходила логика становления. Зато сразу понятно стало, чего он такой добрый. Магию на свою сторону настраивает. — Ладно. Значит, получается, что мне лучше дорогих вещей не светить, дабы его не искушать. Ой, я это вслух сказал?