— Все верно. Наломал ты дров. И вообще, и сейчас. Что теперь делать со всем этим — непонятно. — Кивнул Джон наскоро собирая поленницу обратно. — Подумай. Сейчас ты даже не одну жизнь задел и не две. Мы с мамкой тебя любим, хоть и шалопай ты знатный. Девку попортил почем зря. Не нужна же она ни тебе, ни другим, теперь и чернокнижницей не станет. Отношения мои со старостой испоганил. А я ведь ему такую вещь делал, закачаешься. Впервые такой заказ получил.
— А об этом ты не упоминал, — нахмурилась мама, — ну-ка?
— Не меняй тему разговора, и без разницы, о чем мы там разговаривали, — отмахнулся кузнец, — все одно не выйдет. И времени нет, и порошки алхимические он мне не передаст. Ты лучше, сынку, вот о чем подумай. Как ты вину искупать свою собрался.
— А я думал, что Лиска не главная проблема, — удивленно спросил я.
— Хэх, не тупой, уловил. — Улыбнулся кузнец, а через секунду так ударил по столу, что молот кузнечный подскочил. — Только че ж ты мозги свои не включаешь, когда надобность такая есть?
— Сама хотела, говорю же. Просто догнал ее, вот и получилось. А она взбесилась потом.
— Потому что ума у девки по больше твоего будет. Кто тебя вообще надоумил к запруде старосты идти?
— Ну так Лиска меня сама и отвела, — ответил я без задней мысли. Хотел еще плечами пожать по привычке, но такая боль по позвоночнику стрельнула, что лучше бы вообще не шевелился. — Я думал, мы на общую реку идем, а она привела к усадьбе.
Глава 6
— А ну повтори… — нахмурилась Наоми. Я сказал то же еще раз. Ничего не скрывая, но не особенно вдаваясь в детали. И про секс, и про русалку и про странного монстра. — Слушай, а ведь это и может быть причина, почему он не приходит. Если так рассуждать, то мелкая тварь хотела нашего сына в жертву принести, чтобы поскорее демоном стать. И даже алтарь нашла, похоже. Под водой спрятанный. Ты только подумай! Вот он почему стражу на нас еще не натравил, жопу свою прикрывает. Что, если это алтарь Сукрама⁈
— Да брось. Не может быть. Черному Владыке даже император демонов не поклоняется. Запрещено под страхом смертной казни, — ошарашенно проговорил дварф, перебирая косички, в которые была заплетена борода. — Это же, если подумать, страшнее, чем поклонение Свету.
— То-то и оно! Призыв вековечной тьмы на границе империи! Да его за такое спалят живьем на центральной площади! — улыбнулась эльфийка. — Осталось только придумать, как поступить. Прямые угрозы, намеки…
— Ну это уж ты, дорогая, сама реши, тебе привычнее. Ты ж у нас королевских кровей. А я мужик простой. — Сказал отец беря в руки пудовый молот и легко подкидывая его в воздух. — Вот если кувалдой помахать, то добро. А так.