— Проводи нашего гостя, стража, с его поклажей наверх. В крайнюю комнату. — приказал трактирщик. — Так, чтоб стонами не мешали честной компании. И не смей даже думать его обобрать, гадина. Иначе будет с тобой то же, что с девкой у него на руках. Поняла?
Девчушка перевела взгляд с трактирщика на меня, а потом на мою, кхм, рабыню. Веселые огоньки в ее глазах мгновенно потухли. А вот улыбка была как приклеенная, отчего сейчас казалась немного жутковатой. Слегка поклонившись, Янка сделала приглашающий жест и повела меня за собой, расталкивая пирующих.
Глава 20
«Янка Рыжая. 16 лет. Трактирная служка. Обвинения: кражи, мошенничество. Штраф: 3 серебра».
Вот так-так. Это мало того, что она получается уже совершеннолетней, так на ней еще преступления, как не на всех взрослых, есть. Интересная у них тут жизнь.
— Вот ваша комната, господин страж, — сказала девчушка, отворив дверь, — спальное место одно. Циновка для животных. Есть задвижка на двери. Туалет, если понадобится, в конце коридора. Речка вам, думаю, не сильно нужна после такого дождичка. Но коли искупаться хотите — недалеко она. Чего еще желаете?
— Слушай, — я несколько замялся, но интерес пересилил, — как так вышло, что ты уже взрослая да на тебе еще и штрафа столько висит?
— Вы хоть и страж, господин, — нахмурившись, сказала рыжая, поняв меня по-своему, — но в постель я к вам не пойду. Лучше уж выпорите. И так за жену его отдуваться приходится, пока она брюхатая ходит.
— Постой, ты меня неправильно поняла, — я замотал головой, ведь руки заняты были, — ни в чем я тебя не обвиняю, и желания даже нет. Просто понять хочу, как так получилось?
— А как еще-то, пришел хозяин и взял свое. Со всеми так бывает, — отмахнулась Янка, — а жизнь у нас не сахар, вот и приходится выкручиваться как можем. То кошель кто забудет с медяками. То скажешь, что кружка не один, а два медных стоит. Так оно и копится. Ну раз пользовать не собираетесь и пороть не будете, я пойду вниз. Могу, коли хотите, остатки с ужина принести.
— Да, спасибо. — В голове билась какая-то мысль. — Вспомнил! Нужна мне владелица бабочек. Или хозяйка. Староста про нее говорил. Что из города сюда приехала.
— Так бы и сказали, что развлечься желаете. Пользуют их сейчас. Госпожу Слауду и рабынь ее тоже. Все занятые. За деньги и я готова, когда смена кончится. За серебряный.
— Ой, слушай, иди ты уже, — настроение окончательно испортилось, — а раз так денег хочешь, принеси тряпок чистых и воды горячей.
— Зачем эта? — не поняла девица.
— Ослепла? Девушка у меня вся израненная, перевязать нужно. — Эта служка уже вызывала изрядное раздражение. Мало того что постоянно ненатурально лыбилась, так еще и считает меня каким-то извращенцем, только об этом и думающим. Хотя признаться, когда она услышала о назначении бинтов, то в глазах снова что-то блеснуло. Ну что сказать — хороша чертовка, пусть и в веснушках лицо все. Груди литые, крепкие. Бедра широкие, а живота будто и нет вовсе.