Он перекладывает другую бумагу — скриншот с форума.

— А вот это — с ресурса диггеров. Они называют этот ход «коридором призраков». Пять лет назад один из входов со стороны старой насосной забетонировали, но на их эскизах видна развилка. Одна ветка уходит как раз под охраняемый периметр.

— Слишком долгий путь, — тут же возражает Гром, скрещивая на груди мощные руки. — И ненадежный. Легко заблудиться, напороться на завал или на неучтенную решетку. Одна ошибка — и мы станем постоянными жителями городской канализации.

— Будем пробовать, — говорю я. — А напоремся на охрану — буду создавать помехи. Кратковременные разрывы. Сбивать с толку, дезориентировать. Ненадолго. На несколько секунд, не больше. Но этого может хватить, чтобы охранник замешкался, забыл, что хотел сделать, или маг не смог сфокусироваться на заклинании в нужный момент.

Петров смотрит на меня так, будто я предложил штурмовать лабораторию в костюме клоуна с воздушными шариками.

— Но… Ты думаешь, они не почуют постороннее вмешательство? Их сенсоры, их менталисты…

— Возможно, — спокойно соглашаюсь я. — Но если все сделать быстро, точечно и без лишнего шума, они на хрен спишут это на временный сбой в своих собственных системах, на электромагнитные наводки или банальную потерю концентрации.

— Рискованно, — хмурится Гром. — Очень рискованно. Ставка на человеческий фактор и случайность.

— Альтернатива — сидеть здесь и ждать, пока рано или поздно Морозовы любезно пришлют нам подробный счет за наши же похороны, — возражаю я.

После недолгого, но напряженного обсуждения принимаем решение. Проникновение через старый вентиляционный канал. Он должен выводить в заброшенный техотсек на минус третьем уровне.

— Тренировки, — объявляю я, откладывая указку. — Дня три нам хватит? Гром и Тень отрабатывают проникновение и ближний бой в условиях тесных помещений. Петров, ты, как всегда, наш тыл и мозговой центр, тренируйся, как постоянно быть на связи. Лена — связь, координация и наши глаза снаружи. А я… я продолжу учиться рвать те самые связи.

Следующие три дня мы работаем напряженно. В бывшем бальном зале, где когда-то, наверное, кружились пары, Гром сооружает из ящиков, старых дверей и обломков мебели импровизированную полосу препятствий, имитирующую узкие коридоры, люки и узкие проходы. Он и Тень часами отрабатывают движение в паре, беззвучные сигналы руками, нейтрализацию часовых с помощью бесшумных приемов. Только и слышно их приглушенные выкрики, шарканье ног по пыльному полу, мягкие удары по манекенам.

Вечером снова ухожу в сад к муравейнику. Час концентрации, попытки точечного воздействия на алгоритмы муравьев, затем непременный счет в виде головной боли и крови из носа. Сегодня пробую не разрывать их договор «нести добычу», а на секунду добавить в него пункт «сначала осмотрись». Результат тот же — краткий сбой в потоке, небольшой сумбур. Нужно увеличивать продолжительность этого «сбоя». Сначала три секунды на муравьях, потом, глядишь, и до десяти секунд на морозовских гвардейцах дело дойдет.