— Маршрут утвержден, — говорю я старшему охраннику, протягивая распечатку. — Без отклонений. На связи.

Фургон трогается. Я сажусь в арендованную в каршеринге иномарку и еду параллельным маршрутом, не сводя глаз с трекера на планшете. Все проходит идеально. Через полтора часа груз принимают в «Квант-М» без замечаний. Я отправляю Зимину электронный отчет с подписанными документами о приемке.

На следующий день получаю звонок на телефон Строганова. Узнаю холодный, отточенный голос секретаря Зимина.

— Господин Строганов? Ваш отчет получен. Поставка выполнена в срок, груз передан без инцидентов. Господин Зимин поручил передать, что это… удовлетворительно. Ожидайте дальнейших инструкций в течение двух-трех дней.

Связь прерывается. «Удовлетворительно». От Зимина это звучит как «ты гений». Ну, почти. Хорошо, первый тест пройден. Легенда выдержала проверку.

Следующие два дня я продолжаю поддерживать ее на плаву, превращая «Южный поток» из голого скелета документов в еще большее подобие живой компании: рассылаю коммерческие предложения, веду пустые переговоры по телефону, создавая в эфире цифровой шум, который мог бы отвлечь внимание чересчур дотошной службы безопасности Морозовых, если бы они решили копнуть глубже.

И вот на исходе третьих суток приходит новое письмо.

«Строганов. Задача № 004–8. Встреча в 22:00 на складе № 7 (промзона „Восточная“). Личное присутствие обязательно. Готовьтесь к перевозке спецгруппы. Полная тишина».

«Спецгруппа». Это уже совсем другой уровень. Морозовы решили проверить нас на чем-то по-настоящему грязном.

Если это действительно перевозка людей, тем более таких редких «аномалий», как я, то их не может быть много. От силы два-три человека. И уж точно Морозовы со своей мощью не стали бы доверять такую операцию новичку-плебею. Если они привлекают меня, значит, я им для чего-то нужен. Возможно, как «чистый» подрядчик, на которого можно списать операцию в случае провала. Или как приманка, чтобы проверить, не выйдут ли на связь те, кто может быть заинтересован в этих «образцах».

Если Воронов когда-то пытался создать сеть сопротивления, если Елена — не единственная, кто ищет правду о «Переплавке», то такая операция — крутая ловушка. Используя нового перевозчика, они могут таким образом намеренно создать у себя слабое место. Ведь кто я такой? Мелкая частная контора без серьезной репутации. Такую прямо так и просится пошантажировать, подкупить. Если у «аномалий» есть сообщники на воле, они могут попытаться выйти на меня и предложить сделку. А я такой: «Ребята, я и так в одной афере участвую, не до вас». В любом случае моя роль — быть живцом в этой охоте. И в случае любой подозрительной активности вокруг меня, Морозовы получат не только пойманных «аномалий», но и всю цепочку их возможных связей. Многоходовка, где я одновременно и козел отпущения, и наживка.